А дустом не пробовали

РИА Анонсы

28 ноября в Вильнюсе начнет работу саммит Восточного партнерства, сама повестка дня которого привела русское управление в режим неизменного воспроизводства политических скандалов. Основной повод, как понятно, — возможность присоединения, пусть пока и в декларативной форме, к этому межгосударственному институту Украины, которую Кремль желал бы созидать в Таможенном союзе. Начались газовые и конфетные войны, как следствие — метания президента Януковича меж Москвой и Европой.

Досталось и Армении, которая резко передумала подписывать какие-либо документы со странами Евросоюза. Ну и как-то уж совершенно по-дворовому была предпринята попытка наказать страну — хозяйку саммита, разумеется для того, чтобы неповадно было. Правда, как удалось узнать, от различного рода экономических санкций в основном пострадал русский анклав — Калининградская область, ежели литовский бизнес.

Прибалтийский фронт

Дела меж Россией и Литвой портились в ближайшее время по нарастающей. Из недавнешнего: усиление таможенного контроля на границе с Калининградской областью и запрет на ввоз литовской молочной продукции. Предстоящее развитие конфликта пока тяжело предвидеть, но где развернутся главные бои, представить можно. Напомним, что уже год в Стокгольмском суде находится иск Литвы против «Газпрома», который инкриминируется в завышении цен.

Кстати, все это время литовские власти совсем не производили воспоминания безответных агнцев. В августе США был выдан гражданин Рф, обвиненный южноамериканскими властями в контрабанде, что вызвало ответную волну возмущения из Москвы. А совершенно не так давно официальные лица Вильнюса раскрыли журналистам сущность разговора, типо состоявшегося меж президентом Литвы Дале Грибаускайте и президентом Украины Януковичем, который сетовал: «Украина не устояла перед экономическим давлением и шантажом».. Имя «шантажиста» угадывается просто, с чем согласна канцлер ФРГ Ангела Меркель, полагающая, что русская сторона оказывает «политическое давление» на восточных соседей ЕС.

Но самое противное — по принципу: у указки два конца — приключилось не с Литвой, а с Калининградской областью. Начиная с 1 сентября таможенные пункты Рф принялись усиленно досматривать все авто с литовскими номерами. Если ранее прохождение таможни занимало от часа до 3-х, то сейчас — и 10 часов простоять, считай, подфартило. Пробки равномерно росли, и к концу сентября отсчет простоя пошел на день. Бывали случаи, когда фура не могла выйти с таможенного поста и через две недели.

Далее — больше: стопроцентному досмотру начинают подвергаться все грузовые авто, пересекающие границу. Но калининградская таможенная служба в ответ на официальные запросы докладывает: работа проходит в обыкновенном режиме.

МИД Литвы обращается за помощью в Еврокомиссию, которая призывает Россию немедля отменить ограничения на литовские грузы. Но — никакой реакции. Тогда министр зарубежных дел Литвы Линас Линкявичюс делает сенсационное и жесткое заявление о вероятной блокаде Калининградской области.

В ответ Наша родина стукнула из основного калибра: тогда еще главный санитарный доктор Геннадий Онищенко именует Литву «микроскопичным новообразованием» и докладывает: с 7 октября вводится запрет на ввоз литовской молочной продукции. В качестве обратки в тот же день литовский трибунал приостанавливает на три месяца вещание Первого канала, объясняя тем, что в выпуске передачи «Человек и закон» в искаженном виде интерпретировались январские действия 1991 года.

На данный момент тяжело представить, чего как раз желал достигнуть Онищенко, запрещая ввоз литовской молочной продукции. Сам экс-Онищенко, «главный неприятель литовского творожка», как именуют его в Калининградской области, в ответ на упреки обвинил литовские ведомства в том, что они неоправданно политизируют ситуацию. Удивительно. К примеру, глава консульства Евросоюза в Рф Вигаудас Ушацкас заявил «Новейшей» только то, что в Европе убеждены: литовские продукты соответствуют самым высочайшим эталонам; о политике — ни слова.

Вроде бы то ни было, пострадало не «микроскопичное», по словам Онищенко, «образование», а свои. После объявления о запрете литовская продукция еще какое-то время продолжила поступать на калининградский рынок, а позже — бардак либо кирдык, кому как угодно.

«Мы озабочены этим. Это не соответствует духу близких и конструктивных отношений», — откомментировал происходящее Ушацкас, но особенного беспокойства в его словах не чувствовалось. Ведь процент молочного экспорта из Литвы в Россию — маленький: каждогодная сумма — 186 млн баксов. Вред, естественно, не небольшой, но так же и не катастрофичный. К тому же наиблежайшие перспективы компенсируют все убытки — совершенно скоро будет подписан контракт о Восточном партнерстве, и для Литвы раскроются новые рынки сбыта.

Одним словом, на этом таможенно-молочном плацдарме воюющие стороны застыли и окопались.

Мужчины, куда мы попали? Либо — приключения насоса

Война — войной, дипломаты — дипломатами, но взволновалась калининградская общественность. В «Фейсбуке» сотки юзеров начали поменять свои аватарки на бренды литовской молочной продукции, а деятельная группа людей направила заявку на проведении митинга. Зачинатель «твороженного мятежа» — публичный активист Роман Юхновец — растолковал «Новейшей»: их цель была одна — вынудить правительство поменять ситуацию на границах.

Запахло паленым, и 9 октября губернатор Калининградской области Николай Цуканов отправился в Москву на прием к Владимиру Путину. Официальная тема встречи: улучшение социально-экономических дел в регионе, но при том, вроде бы меж иным, глава страны интересуется, что происходит на границе с Литвой. Цуканов ответил так: таможенники инспектируют кропотливо, и «у их просто не хватает мощности». В тот же день Путин дает указ Федеральной таможенной службе снять усиленный режим с литовско-российской границы.

«В итоге предпринятых мер количество таможенных правонарушений со стороны литовских импортеров и автоперевозчиков сократилось и на сегодняшний день не превосходит средних характеристик», — 9 октября оперативно сказал официальный веб-сайт ФТС.

«Но никаких нарушений быть не может. Весь продукт проходит подготовительную декларацию. Многие грузы были запломбированы, но так же и это не останавливало таможенников: пломба срывалась, груз ворачивался или простаивался», — поведала «Новейшей» Виктория, директор одной из калининградских транспортных компаний (фамилию по ее просьбе умолчим).

Но на запрос «Новейшей» пресс-служба ФТС уточнила: во время проведения усиленного досмотра выявились следующие нарушения: завышение и занижение веса продукта, перемещение продукта, не обозначенного в товаросопроводительных документах, неточное указание таможенной цены, кода и страны происхождения продукта.

По мнению компетентных лиц из числа экспортеров, которых «Новенькая» попросила откомментировать это заявление, завышение продукта — маловероятно, занижение — полностью может быть, перемещение продукта, не обозначенного в документах, — это уже контрабанда, и в этих случаях груз должен быть конфискован. Что касается неправильного указания цены продукта, то специалисты оценили это вместительным словом «абсурд»: цена назначается поставщиком — и это только его право, по какой стоимости продавать: сумма прописью указана в фактуре, и ее оспорить никто не может.

Экспортер Виктория в этой связи поделилась своим грустным опытом, наглядно демонстрирующим абракадабру происходившего. Грузоперевозчики делали заказ: везли из литовского городка в Светлогорск очищающий насос. На границе произнесли: такой продукт тут никто не растаможит, — правда, политкорректно выделили: это никак не связано с тем, что он из Литвы. Тогда насос отправился в Польшу, где в таможенном агентстве перераблотали сопроводительные документы, согласно которым вышло, что злосчастный насос выехал как раз из этой страны. Насос-путешественник отчаливает назад на литовскую границу — и сейчас беспрепятственно въезжает в Калининградскую область.

Кстати, на веб-сайте автотранспортных перевозок объявления о перевозе продукта из Литвы в Калининград начинают появляться с пометкой «через Польшу».

Снятие блокады

Какая причина стала главной, пока не понятно, но транспортная блокада в виде усиленного контроля на таможне все таки была снята. Калининградская общественность считает, что как раз их активные воздействия принудили правительство образумиться. В ассоциации зарубежных инвесторов финал конфликта растолковали тем, что вопрос стал решаться на проф уровне бизнес-сообществ (как зарубежных, так и российских), терпящих многомиллионные убытки. Евросоюз, в свою очередь, уверенный в том, что Наша родина оказывает давление на соседей, стремящихся к сближению с ЕС, считает, что как раз его заступничество за Литву сыграло свою роль, так как Рф дали понять: это конфликт не с одной государством, а со всей Европой.

Вроде бы то ни было — ужаснее всего пришлось россиянам. «Лупили в одну точку — в Литву. Удары посыпались на Калининградскую область. Интересов региона никто не учел», — откомментировал «Новейшей» директор Ассоциации зарубежных инвесторов Олег Скворцов. Ведь на таможне стопроцентному досмотру подвергались не только лишь фуры с литовскими продуктами, но так же и фуры с продуктами, которые только шли через Литву.

Только один пример — Клайпедский порт, в который доставляются грузы со всего мира, а оттуда некая часть — на русские пункты растаможки. И, невзирая на то что продукт не являлся литовским, формально страна отправления груза — Литва. Так что весь этот продукт подвергался усиленному досмотру — другими словами простаивал и портился, растолковал Скворцов.

Из-за отсутствия сырья начали останавливаться заводские полосы, пошли увольнения. По данным Калининградской торгово-промышленной палаты (КТПП), только убытки автоперевозчиков за 4 недели введенного «100%-го профиля риска» составили как минимум 150 млн руб.

Большие убытки понесли грузоперевозчики, оплачивая услуги складов временного хранения, — если в обыкновенном режиме цена обработки одной фуры не превосходила 2000 руб., то во время таможенной блокады доходила до 50 тыс. руб. Три калининградских предприятия по поставке стройматериалов заявили об остановке производства, в связи с чем под опасностью срыва оказались муниципальные и городские договоры, как поведали нам в КТПП.

Русский холдинг по производству сверхтехнологичного электрического оборудования GS Group сказал, что на одном из его компаний, которое находится в городке Гусев (ОАО «НПО «ЦТС»), было уволено 200 служащих. В качестве главной причины GS Group именовал логистический коллапс на границе, который на несколько недель заморозил поставки девайсов.

«Невзирая на активное взаимодействие представителей холдинга GS Group с управлением федеральных ведомств и Калининградской области, делему не удалось решить без существенных утрат для бизнеса региона», — говорилось в официальном сообщении GS Group.

По мнению президента КТПП Алексея Зиновьева, основная проблемка была в том, что таможенная блокада случилась в один момент, что именуется, без объявления войны. Естественно, местный бизнес ко многому привык — не было ни года, когда чего-нибудь не происходило, но ранее хоть было время приготовиться. «Это пример того, как любопытно вести бизнес в Калининградской области, в особенности для возможных инвесторов, и указывает те опасности, к которым мы издавна привыкли, но для прибывших они немного шокирующие», — поделился с «Новейшей» своими размышлениями Зиновьев.

 

Комменты

Министр по промышленной политике, развитию предпринимательства и торговли Калининградской области Дмитрий Чемакин:

«Как можно говорить о политизированности ситуации, если литовские таможенные и пограничные службы инспектируют грузы, следующие в направлении Литвы, а русские инспектируют — в направлении Рф. Это их работа. Ежедневная. Вся политизированность появляется позже в головах. Таможня — федеральный муниципальный орган и имеет свою систему предназначения проверок и правил работы. То, что для региона это повлекло определенные издержки компаний и в целом ситуация была необычная, — это факт.

Бизнес-сообщество отдало оценку работы таможенных органов: подобного рода долгие сроки контрольных мероприятий не отвечают интересам развития региональной экономики. Калининградская область живет в состоянии границ, в этом смысле усиление таможенного контроля, к огорчению, часть экономической жизни любого субъекта хозяйственной деятельности.

Но отмечу: у каждого страны есть право использовать те либо другие меры по контролю за ввозом продукции. Есть и оборотная сторона этого права — ответственность за экономику. Что касается калининградского бизнеса, то для него подобного рода усиление контроля — форсмажорная ситуация, и она, на мой взгляд, должна случаться как можно пореже».

 

«Новенькая» обратилась в Институт интернациональных отношений и политических наук (Литва) за экспертным мнением о развитии российско-литовских отношений.

Довиле Якнюнайте, доцент кафедры интернациональных отношений, управляющий центра исследовательских работ Рф и Центрально-восточной Европы Института интернациональных отношений и политических наук Вильнюсского института:

«В Литве есть две главные версии обстоятельств конфликта. 1-ая: политическое давление в преддверии саммита Восточного партнерства в Вильнюсе. Это давление ориентировано не на изменение политики, а для того, чтоб просигналить: правительство РФ далеко не в экстазе от событий, происходящих в Литве.

2-ая версия носит экономический характер. Приметно, что Наша родина временами бойкотирует разные страны — при этом трудности появляются не только лишь у таких «тривиальных» государств, как Украина либо Молдова, но время от времени и у Германии. Означает, этот конфликт является следствием протекционистской внешнеэкономической политики. Это не непременно свидетельствует о том, что его зачинатель — Кремль. Так, в основном — это конфликт как раз меж литовскими и русскими производителями молока.

Мое личное мнение о развитии российско-литовских отношений пессимистично. С начала 1990-х годов я не вижу их развития в положительном направлении, и в последние годы напряжение и разногласия только усилились. Даже если б литовская сторона желала минимизировать конфликты (что было бы трудно разъяснить снутри страны), я не предвижу для этого никакого стимула у русской стороны. К тому же похоже, что дела с Литвой являются только маленький частью отношений Рф с ЕС, которые также полны собственных осложнений».