Чем обернется введение налога на высокие зарплаты

Сердечко Минфина изменчиво. В преддверии выборов оно бьется с фискальной частотой. Россиянина, не успевшего оправиться от пришедших в 2010 году на замену ЕСН страховых взносов, ожидает испытание «регрессивной» мерой.

Сначала прошедшего года русские власти поменяли единый соц налог на страховые взносы, подняв ставку с 26 до 34%. При всем этом страховыми платежами было решено не облагать заработной платы выше 463 тыс. рублей. Другими словами работодатели отчисляли страховые взносы за каждого сотрудника, пока его заработная плата в течение года нарастающим итогом не достигала священной величины, выше которой ставка была нулевой.

Позже, признав, что для многих компаний ноша может «оказаться непосильной» (по заверениям профессионалов, в связи с отказом от ЕСН нагрузка на малый бизнес выросла практически в 2,5 раза), президент поручил правительству понизить неотклонимые страховые взносы с 1 января 2012 года. Было решено опустить наивысшую ставку до 30%, а для малого бизнеса в производственной и социальной сфере — до 20%.

Правда, великодушный жест главы РФ оказался чреват выпадением доходов федерального бюджета в размере 460 миллиардов руб. Очень политизированный вопрос, как прикрыть образовавшуюся от послаблений брешь в бюджете, стал следствием неловких пасов Белоснежного дома Кремлю и назад. Предложенная Медведевым компенсация выпадающих доходов за счет «большой приватизации» пока повисла в воздухе — перечень активов до конца не согласован, сроки не определены. Надежда на обычный спасательный круг в виде доходов от нефтегазового экспорта была утеряна. Если в прошлые годы бюджет сводился к «нулю» при стоимости нефти $60 за баррель, то сейчас бюджет дефицитен при $111-118 за баррель.

Для частичного покрытия экономных дыр премьер Путин предложил пойти на «робингудовские» меры: забирать средства у богатых в виде дополнительных отчислений. В конечном итоге, после июльского накала страстей, правительство тормознуло на предложении Минфина ввести регрессивную шкалу страховых взносов со ставкой 10% для всех групп налогоплательщиков и 7% для компаний неторгового малого бизнеса для зарплат выше 512 тыс. рублей. Проще говоря, работодателю с каждой заработной платы выше 42,7 тыс. рублей за месяц придется уплатить 10% (дополнительно к 30%, которые он платит с зарплат гораздо меньше). Белоснежный дом твердо верует, что если в осеннюю сессию депутаты воспримут соответственный законопроект, то минимизировать на 40% выпадение из бюджета доходов Пенсионного фонда можно будет уже в ближнем году. Остается открытым вопрос: может ли принятие подобного налогового маневра быть чревато еще одним уводом в тень зарплат, сейчас — больших?

Введение дополнительной ставки стукнет по ряду отраслей, а именно, добывающему и денежному секторам, транспорту и торговле, где трудится большая часть высокооплачиваемых профессионалов. Также в «блэклист» могут попасть спецы быстроразвивающейся IT-отрасли, обитатели Москвы и Санкт-Петербурга, для которых заработная плата в 40-45 тыщ рублей считается не высочайшей, а средней.

«Это далеко не кардинальное решение трудности. Меры по обложению больших доходов налогами сумеют покрыть только половину недостатка. И дело здесь даже не в цифрах, а в шараханье с каждогодними переменами правил игры. Бизнесу нужна стабильность, чтоб приспособиться к нововведениям, требуются годы. А на данный момент все это может обернуться уходом в тень и понижением предпринимательской активности. Схема, предложенная Минфином, хороша, но она нуждается в закреплении на много лет вперед», — говорит замдиректора Института мировой экономики и интернациональных отношений РАН Евгений Гонтмахер. Есть и другая мысль — ввести не плоскую, а прогрессивную шкалу налога на доходы, чтоб с больших зарплат больше платили не только лишь работодатели, но так же и те, кто их получает. Часть дополнительных доходов можно было бы использовать для сокращения недостатка Пенсионного фонда. Но Гонтмахер считает, что «прогрессивный налог платится и имеет смысл только тогда, когда есть доверие меж государством и обществом».

Аналитик независящего аналитического агентства «Инвесткафе» Антон Сафонов считает, что перекладывание нагрузки с малого бизнеса на более большой — единственный метод выйти из ситуации без утрат для пенсионной системы и бюджета, но такое решение может привести к росту объема «сероватых» заработных плат. «В эталоне налоговая система должна иметь в виду широкие возможности для развития бизнеса в стране. Должны быть предусмотрены разные льготные периоды и режимы. Но для большого бизнеса налоговая нагрузка должна оставаться размеренной, чтоб можно было с большей точностью предсказывать валютные потоки. При всем этом завышенная налоговая нагрузка, в конце концов, ложится как раз на физических лиц, потому для их обсолютно любой рост налогов на бизнес оказывает негативное воздействие», — говорит Сафонов.

Спец также отмечает, что соц ответственность перед пенсионерами на данный момент лежит не на государстве, а на работающих гражданах, а само правительство даже не может отлично управлять теми средствами, которые находятся в системе. Введение дополнительной нагрузки, к примеру прогрессивной шкалы, для ликвидации недостатка ПФ, по мнению профессионала, значит, что бизнес и граждане должны рассчитываться за системные ошибки и просчеты в управлении, которые были допущены правительством.

«Казна уже растеряла средства от подмены ЕСН страховыми взносами. В итоге произошел спад собираемости налогов, который и вынудил правительство пойти на очень непопулярные меры. Введение дополнительных ставок, в свою очередь, принудит бизнесмена находить новые формы оптимизации. Некоторые, может быть, начнут дробить собственный бизнес, чтоб став «малым предприятием», получить право на применение ставки в 7%. В любом случае нагрузка, вызванная увеличением налогов, ляжет на работающих, которые сделают ставку не на призрачную пенсию в дальнейшем, а на прибавку к зарплате «в конверте» на данный момент», — говорит эксперт «ОПОРЫ Рф» Людмила Кибальникова. Для того чтоб наполнить бюджет, нужно сначала возвратиться к налоговой системе, которая была до 2010 года, считает она.

«ОПОРА Рф», кстати, была единственным публичным объединением, вышедшим на массовые акции протеста с требованием понижения ставок. 25 мая напротив Белоснежного дома прошла всероссийская акция протеста бизнесменов против реформы одного общественного налога и увеличения страховых взносов с 14 до 34% (см. «Новейшую» от 27 мая 2011 г. №56, «Страна взорвется»).

«Если бизнес учавствует в акциях несогласия, то это говорит о многом. Это прецедент. Мы смотрим рост сознания предпринимательства, оно выступает не только лишь за личные выгоды, но так же и за интересы трудовых обществ. Обыкновенно, бизнес — это самая ограниченная часть общества, которая старается пребывать в тени, не привлекая еще раз к для себя внимание», — говорит Кибальникова.

Вице-президент Общероссийской публичной организации «Деловая Наша родина» Антон Данилов-Данильян к инициативе Минфина относится скептически и считает ее малеханькой «полумерой», которая не решает намеченных целей. «Итоговый уровень будет больше, чем у государств, с которыми Наша родина соперничает за инвестиции. С учетом и без того не самого наилучшего вкладывательного климата, недисциплинированной рабочей силы, такой важный элемент, как уровень налогового бремени, станет критичным при принятии инвестором решения о вхождении в страну», — убежден спец.

Не стоит обольщаться преференциями, предоставленными налогоплательщикам, как указывает практика, в Рф они употребляются в политических целях. Не рискующая разочаровывать электорат, власть намедни выборов угрожает взять реванш после очередной раздачи кресел. Прогрессивный налог на недвижимость, рост акцизов на алкоголь и табачную продукцию, увеличение пенсионного возраста — бремя избирателя, призванного латать экономные дыры, делая работу над ошибками Минфина.