Чему равна добавленная стоимость правительства

4 декабря 2012 года как гром посреди зимы прозвучали заявления поначалу первого вице-премьера Игоря Шувалова, а позже и премьера Дмитрия Медведева о том, что правительство собирается провести спецзаседание, чтоб сопоставить налог на добавленную цена (НДС) и налог с продаж (НсП). 26 декабря совещание состоялось, на нем было решено ничего не поменять.

Что это было?

1-ый ответ: налицо предновогодний смешной рассказ. Но тема подмены НДС налогом с продаж очень серьезна. По другому бы она не подымалась с регулярностью смены времен года с момента отмены налога с продаж в 2004 году. Почему?

Главных обстоятельств три. 1-ая — НДС консервирует модель экспортно-сырьевой экономики, которая должна остаться в прошедшем. В Европе, откуда по миру пошел НДС, он был задуман не только лишь в фискальных целях. Неотъемлемая часть — возврат НДС при экспорте, по мысли создателей этой системы, должна провоцировать экспорт тех видов продукции, в каких больше добавленной цены, другими словами технологический прогресс и рост конкурентоспобности обрабатывающей индустрии.

В Рф НДС и его возврат оказался выгоден не обрабатывающей индустрии Рф, которая за очень редчайшими исключениями оказалась неконкурентной на глобальных рынках, а экспортерам сырья. Для других производств основным в этом налоге оказалась не стимулирующая, а фискальная сторона. Перекос привел к тому, что потенциальные русские экспортеры продукции с завышенной толикой добавленной цены так и не смогли свои потенции воплотить, задавленные фискальным прессом НДС. Зазорная для страны, входящей в «огромную восьмерку», статистика толики фактически промышленного экспорта в общем объеме экспорта, как и место Рф в международном разделении труда, которое чем далее, тем больше ассоциируется с гетто, — в значимой мере «награда» НДС. Неслучайно в нефтедобывающих странах, которые, как и Наша родина, ставят впереди себя цели диверсификации экономики, НДС нет. Исключение — Норвегия, но это исключение подтверждает правило. От Норвегии и ее системы использования нефтяных доходов Наша родина очень далека.

2-ая причина в том, что раз есть возврат НДС, то это хрустальная мечта каждого бизнесмена. Появляется поле для самых различных злоупотреблений, нарушений и злодеяний. Факт существования откровенно специализирующихся на оформлении и возврате НДС инспекций, масштабный бизнес которых не может иметь другого, не считая высочайшего покровительства разъяснения, обширно известен. 

3-я причина — сложность и обременительность взимания НДС. Налог взимается независимо от того, будет ли реализована продукция, — авансом. Это дополнительные издержки на производителя, к которым добавляются непропорциональные издержки на ведение бухгалтерского и налогового учета НДС, за которыми должны смотреть, соответственно, наращивая кадры и издержки, налоговики.

2-ая и 3-я причина вызывают наибольшие на фоне других налогов расходы на судебные разбирательства, непродуктивную утрату времени и средств, в том числе и экономных. 

Налог с продаж тоже не ангел. Его негатив с наслаждением открывает Минфин, который до последней возможности будет отстаивать НДС, видя в нем одну из основных опор бюджета. Посреди его плюсов Минфин числит и независимость сбора НДС от фаз экономического цикла. НДС исправно пополняет бюджет тогда и, когда налогоплательщик в упадке.  Стоит говорить, что для налогоплательщика эта всепогодность НДС стает негативом.

Если же возвратиться к налогу с продаж, то 1-ая трудность в том, что торговцы продуктов и услуг должны определять статус покупателя и причину покупки продуктов. Дело в том, что плательщиком налога с продаж является конечный клиент. Это, как считают в Минфине, открывает широкие возможности для уклонения от уплаты налога.

Очередной контраргумент: в 2000—2002 годах доходы от налога с продаж составляли 0,5% ВВП, а облагаемая налогом толика ВВП – 10%. Так считают в Минфине. Там, правда, забывают, что налог с продаж взимался сразу с НДС, что не могло не сказаться на статистике обоих налогов. Но не забывают, почему налог с продаж был отменен: «Отмена налога с продаж была связана с очень высочайшими политическими и экономическими издержками».

Основным исходя из убеждений Минфина риском налога с продаж является ожидаемое понижение поступлений в федеральный бюджет. Но у него есть и положительная сторона: НсП сначала должен восполнить региональные и городские бюджеты, на которые центр перекладывает львиную долю соц обязанностей.

В конечном итоге тема сравнительного анализа и политического выбора безусловно есть. Если огрубить, то у правительства был шанс сделать широкий шаг в сторону реальной поддержки диверсификации экономики, с чего и должна начаться модернизация. Но этот шаг непрост и сопровождается решительным совершенствованием как налогового администрирования, так и всей экономной системы. 

Правительство предпочло не делать ничего. «Я только-только провел двухчасовое налоговое совещание, коллективное мнение — нет», — произнес премьер Дмитрий Медведев 26 декабря, отвечая на вопрос о вероятной подмене НДС налогом с продаж.

Появляется два вопроса. 1-ый. А был ли мальчишка? Стоило ли вообщем на уровне правительства проводить схожее совещание?

С главным докладом на нем выступал Сергей Синельников-Мурылев, ректор Всероссийской академии наружной торговли и научный управляющий Института Гайдара. При всем этом еще до совещания Институт Гайдара опубликовал свою нехорошую позицию по поводу подмены НДС налогом с продаж: по подсчетам Института, компенсировать утраты бюджета можно было бы, только введя налог с продаж со ставкой, приближающейся к 50%, что неприемлемо сначала с социально-политической точки зрения. Другими словами, выбор основного докладчика предрешал финал совещания.

При всем почтении к докладчику неясно, почему выбор пал как раз на него, почему на правительственном совещании, очевидно инициированном не без роли вице-премьеров Аркадия Дворковича и Игоря Шувалова, давнешними сторонниками подмены НДС на налог с продаж, они отошли в тень.

Вероятный ответ далек и от НДС, и от налога с продаж, и от обсолютно любой их композиции. Совещание оказалось победным для сырьевиков-экспортеров, в чьей лоббистской мощи колебаться не приходится. Как и в том, что подобные победы тормозят экономический прогресс Рф.

Другая сторона итогов совещания: сторонники налога с продаж в правительстве потерпели умственное поражение. Это была порка вице-премьеров-реформаторов.

Досталось и премьеру. Проводить разрекламированное совещание в правительстве по одному из острейших вопросов экономической, а не только лишь бюджетно-налоговой политики только для того, чтоб сделать вывод, что ничего делать не нужно, само мало удивительно. Медведеву за два часа проявили, что совещания проводить не стоило — с НДС и налогом с продаж все и так ясно. Премьера выставили на посмешище.

2-ой вопрос. А так ли все ясно с НДС и налогом с продаж? Числа уверяют лучше слов, а как раз в цифрах при сопоставлении НДС с налогом с продаж и чувствуется больший недостаток. На совещании возобладал подход Минфина, а в этом ведомстве считают только поступления от НДС, сравнивая их с доходностью налога с продаж эталона 2003 года. Это далеко не все нужные для принятия решения числа. НДС не только лишь приносит средства в бюджет, он же и выносит их оттуда.

В презентации доклада Синельникова-Мурылева, с которой ознакомился ряд СМИ, нет развернутой информации о том, каковы издержки на администрирование НДС, включая издержки честных налогоплательщиков, каковой реальный объем возврата НДС экспортерам, какая толика в этом возврате, по имеющимся оценкам, приходится на преступные схемы, каковы судебные издержки по делам, связанным с НДС и т.д. и т.п. Без этих данных нельзя с опрятной совестью оставлять все как есть.

Правительство, пойдя на проведение налогового совещания, признало, что трудности с НДС есть, но отказалось что-либо поменять, встав в позу страуса. Но если налог с продаж признается очень рискованным, это еще не повод для того, чтоб оставлять НДС в неприкосновенности.

Начать стоило бы с отказа от возврата НДС при экспорте сырья и понижения из-за этого ставки налога на добавленную цена. Но для этого правительству нужно обосновать, что оно правительство, а не отступать перед альянсом Миллера с Сечиным.