Гайдаровский форум-2015 что это было Ключевые цитаты


РИА Анонсы

Гайдаровский форум обычно проходит сразу же после окончания новогоднего загула, снова, уже на трезвую голову, подводя итоги прошедшего года и сразу намечая повестку наступившего. Прошедший год был в такой степени заполнен взрывной и галлактической эскалацией православно-коммунистической архаики в медийном поле и в действительности, что либеральной общественности — а идейное размещение форума полностью разумеется — необходимо было как-то повстречаться, сверить часы и обсудить результаты.

С этой точки зрения политически принципиально то, что на панельной дискуссии с практически программной речью выступил Дмитрий Медведев.

Премьер и в прошедшем году был MVP форума, но тогда ситуация была совершенно другая, обсуждали что-то про стабильность. Нужно сказать, что в компании нескольких поколений либералов от Чубайса до Юдаевой, включая фрондирующего Грефа и диссидентствующего Кудрина, Медведев смотрелся полностью органично. Чувствовалось, что ему здесь уютнее, чем, к примеру, на форумах «Единой Рф», которую он формально возглавляет.

Читайте также:

Греф: Россию ожидает «масштабнейший» банковский кризис

Оно и не умопомрачительно, ведь многие однопартийцы типа Евгения Федорова либо антарктического беженца Сидякина, если б им дали почитать речь Медведева без указания авторства, совершенно точно заявили бы, что она написана в Госдепе. Хотя в реальности она с вариантами повторяет содержание послания президента (Путина) Федеральному собранию, если вырезать из него всю данную тему про Древнейшую Корсунь. Ведь магистральная тема свободы предпринимательской инициативы как главной антикризисной идеи прямо взята из текста послания, совместно с набором определенных решений типа моратория на увеличение налогов либо понижения административного давления на бизнес.

Фактически любая из предложенных (либо скопированных) премьером мер сама по для себя как минимум хороша, но в совокупы они не дают надежды на существование некий интегральной либеральной программки.

Да, Медведев агрессивно заявил, что правительство не будет принимать никаких решений глазьевского извода типа фиксации курса рубля либо отказа от выплаты наружных долгов, но отказ от сползания в мракобесие не значит сам по для себя движения на верхушку.

Читайте также:

Дмитрий Медведев: Наша родина — часть Европы и европейской цивилизации. Декабрьское интервью телеканалам (ХРОНИКА)

Масштаб кризиса, который власть, похоже, начинает обдумывать, просит соразмерных — другими словами конструктивных решений. И в последнюю очередь они касаются процентных ставок либо механизма рекапитализации банковской системы. Здесь нужен бы масштаб решений данный, гайдаровский (раз уж форум). Но если Егор Тимурович под политической «крышей» Ельцина демонтировал остатки плановой экономики, то на данный момент необходимо сносить административную систему и конструктивно поменять правоохранительную и судебную. Об этом на форуме гласил и Герман Греф — кстати, из ВИПов он один.

Даже Кудрин, формально наименее зависимый от Путина, ограничился мыслью о возможности ротации бояр.

В общем, осознание того, что жить по-старому уже не получится, вроде как есть, но политической воли поменять хоть что-то существенное — нет. Застой и кризис — очень опасное сочетание.

Ровная речь

Дмитрий МЕДВЕДЕВ, председатель правительства РФ:

— Русская экономика, кстати, начала притормаживать еще при больших нефтяных ценах. Но они все-же позволяли нам как-то продвигаться вперед. Экономика и на данный момент показывает отдельные элементы роста, но рост количественно и отменно не соответствует ни нашим способностям, ни, скажем прямо, нашим амбициям.

Древняя энергосырьевая модель исчерпана, это понимают все, она не может дать ни устойчивого роста, ни стимулов для инвестиций в реальное создание. Все слабее она принимает технологические инновации, и главное, не обеспечивает размеренного увеличения уровня жизни.

Потому принципиально не только лишь беспристрастно оценить и верно отреагировать на изменение обычных для нас наружных рынков, не просто совладать с экономическим и политическим давлением снаружи, не просто стабилизировать текущие колебания денежного курса — в целом задачка более масштабная и больше ответственная: идет речь о том, чтоб поменять саму модель нашего развития.

Герман ГРЕФ, президент Сбербанка:

— Нужен конкретный поворот в экономической политике — конкретный поворот, который приводит к сдвигу парадигмы, который разламывает сложившийся стереотип и резко возрождает доверие бизнеса к власти. Без подобного доверия нам далее проводить всякую политику будет нельзя. <…> С каких институтов начинать? Это, естественно, судебная, правоохранительная реформа. Пока не будет снижено давление на бизнес, повышена прозрачность прав принадлежности и прозрачность работы всей правоохранительной системы, говорить об улучшении вкладывательного климата будет нельзя. <…>

Ставка 20% — это казино, и разумеется, что тот, кто вносит в наименее надежный банк под такие ставки, тогда он игрок в казино с желанием постоять в очереди за тем, чтоб получить свои средства назад.

Алексей УЛЮКАЕВ, министр экономики:

— В кризисной ситуации самое главное — сохранять душевное равновесие, иметь прочные тылы дома, в семье, и больше всего мыслить о своем здоровье и здоровье собственных близких. Баррели, санкции — это все преходящее. <…> Наша политика, наши меры должны быть неэластичными относительно наружных причин, а больше ориентироваться на те глубинные трудности — структурные, институциональные, циклические, с которыми мы сталкиваемся не только лишь на данный момент, но так же и до этого. <…>

Можно представить для себя ситуацию, когда фискальная политика смягчается, другими словами тот уровень расходных обязанностей, который зафиксирован, исполняется государством, может быть, с какими-то корректировками, при всем этом монетарная политика может быть довольно жесткая. Почему я думаю о таком варианте… так как социальные и оборонные обязательства еще труднее сохранить, монетарная твердость отсекает неэффективные проекты.

Антон СИЛУАНОВ, министр денег:

— Не может правительство растрачивать расходов столько, сколько было при росте экономики, при стоимости нефти 100 баксов. Нужно эти растраты корректировать. По другому мы придем к инфляционной спирали: будем занимать у ЦБ, что приведет к ускорению инфляции. <…> По 2015 году мы будем выходить в Госдуму с предложением сокращения на 10% всех расходов, кроме оборонных. Но по сути мы лицезреем, что и этого недостаточно. Мы обязаны иметь еще больший ресурс для оптимизации, чтоб не палить резервы.

Татьяна ГОЛИКОВА, председатель Счетной палаты:

— Оперативные данные об выполнении бюджета 2014 года свидетельствуют о том, что мы, невзирая на все трудности, получили дополнительные доходы в федеральный бюджет порядка 228 миллиардов рублей, но это оперативные данные, они могут быть скорректированы. Мы недовыполнили расходы на 156 миллиардов рублей. Соответственно, это ресурс к тому, чтоб совсем свободно исполнять бюджет сначала денежного года. <…> Всем участникам экономного процесса предложено эти 90%, которые у их сохранились, перераспределить так, как они это лицезреют. Мне кажется, что это ошибка, ошибка методологическая, так как любое перераспределение, даже при равномерном 10% сокращении, должно быть соотнесено с той программкой, которую определяет себе правительство, и с теми ценностями, которые оно ставит для того, чтоб выйти из той ситуации, в какой мы на сегодня находимся