ГАЗОСКРЕБ

Эра просит превосходных решений. Превосходные решения требуют себе места. Проект «Газпром-сити» отыскал себя на набережной Невы. Небоскреб в виде прямо стоящей кукурузины кроме мощи и силы гос компании должен символизировать все последние конфигурации, привнесенные в общество. «Она будет сформировывать в городке новейшую ментальность», — заявил глава «Газпрома» А.Б. Миллер. И вот уже через 5 лет обитатели северной столицы взамен устаревшего и нетронутого горизонта увидят эту единственную Величавую Вертикаль — 300-метровую башню.

Вобщем, остались еще те, кто склонен к борьбе с построением этой вертикали. Еще ни одна инициатива властей не вызывала в городке такой реакции…

Вот археолог и прошлый диссидент Виктор Абрамович Коренцвит по привычке пишет антиправительственные стихи и распространяет их в самиздате. К примеру, он пишет: «Культурная столица, пришла пора молиться! Избави, господи, от бед — трехсотметровый абсурд!». Потом Коренцвит несет рукопись в Совет ветеранов-блокадников. «По 58-ой идешь, Абрамыч!», — говорят ему там и пропускают стихи через ксерокс. Естественно, Коренцвит мог пойти хоть в Смольный — ему все пропустили бы и тут, все-же член Союза археологов… Но сильна еще привычка в душе бывшего диссидента. Хотя время берет свое. И с недавнешнего времени Коренцвит является игроком на петербургской фондовой бирже. Не считая остального ставит на «Газпром», и никогда не проигрывает.

На делему небоскреба Коренцвит глядит с археологической точки зрения. Ведь строительство будет проходить на месте, где когда-то находилась шведская крепость Ниеншанц. Такое неуважение к памятнику истории — проф вызов археологу Коренцвиту.

Коренцвит говорит, что «земля Ниеншанца» хранит огромное количество загадок. В 1702 году шведскую крепость разрушил Петр… Через 100 лет тут выстроили Паноптический институт (сгорел от искры). А в 1896 году здесь основалась верфь «Крейтон и Ко» (разорилась через пару лет). В русское время на месте крепости действовал «Петрозавод». (Разорился 5 годов назад). И сейчас тут будут строить «Газпром-сити». «Одним словом, находится некоторая сказочная последовательность событий».

— На что вы намекаете? — говорю.

— Я — на что? А вы на что намекаете? — говорит Виктор Абрамович. — Просто нужно понимать, что тут-таки не Манхэттен, а болото, слабенькая почва. По этому поводу у меня есть стихи…

Нельзя не увидеть, что как раз на средства «Газпрома» археолог будет проводить раскопки Ниеншанца. Мы совместно прогуливались на место строительства небоскреба. Мы лицезрели, какой вид раскрывается с набережной на Петербург. Мы сообразили: этот вид никак не сравнится с тем, который раскроется сотрудникам «Газпрома» с башни. Поднимаясь по высокоскоростному лифту, они увидят купола Смольного собора. Потом — на уровне тридцатого этажа — шпиль Адмиралтейства, Исаакиевский собор. Чем выше по лифту — тем далее от мира и поближе «облака». И вот на самом верху — в апартаментах главы компании — уже не видно городка, а только поляна, поделенная на части ручейками… Я практически увидел эту красоту, как кое-где рядом раздалось поэтическое:

— Небоскреб от Миллера — контрольный выстрел киллера! — читал свои стихи Коренцвит. — Вы осознаете, о чем я?.. В нас убивают чувство городка. Петербург строился так, что ни одно здание не было выше карниза Зимнего дворца. И даже Зимний был не выше какой-либо современной пятиэтажки. Хотя там жили цари, и даже они были не выше… осознаете, народа? А кто будет жить в этой хреновине? И кем они себя возомнили?..

Тут немного перебьем археолога, чтоб ответить на два последних вопроса. Ответ, а именно, дает легенда, которая уже издавна ходит в Петербурге. Жил-был президент. Владычествовал он целых восемь лет и, по закону, владычествовать больше не мог. Но до того обожал его люд, что выдумали люди выстроить в его родном городке высокую-высокую башню. И заточить туда президента, откуда он все так же будет управлять возлюбленной государством. А через четыре года его из башни выкрадут и опять поставят президентом… Но вернемся к Виктору Абрамовичу.

— …И кем они себя возомнили? Что мы будем созидать снизу? Исаакиевский собор уже не будет таким потрясающим, как на данный момент. Превосходной будет эта буржуйская глыба, знак средств, наживы, газовой власти. Это то, к чему мы стремимся? Скажите же!

Да, Виктор Абрамович сладкоречив как поэт и точен как биржевой маклер…

Основная его задачка состоит в составлении письма президенту. Это письмо Коренцвит сделал еще осенью. Под него археолог планировал собрать подписи всех почетаемых людей Петербурга. И многие уже были согласны, как внезапно появились трудности. Приносит, к примеру, Коренцвит почетаемому человеку письмо, а тот говорит: «Сначала пусть распишется Гранин! Что все-таки я, первым буду? Что поразмыслит президент?!». Коренцвит идет к Гранину, а тот, к примеру, ему говорит: «Пусть поначалу распишется Пиотровский!..» — и т.д..

Но каким-то образом Коренцвит сумел уговорить всех. Он им всем произнес, что страшиться нечего, когда все совместно. И на данный момент под обращением — около 20 подписей знатных людей. И обыкновенные петербуржцы уже не раз призывали Владимира Владимировича воздействовать на Алексея Борисовича Миллера. Но эти оба молчат, будто бы столковались. И в этом смысле молчание земляков содействует хождению той легенды.

В декабре многие пробовали выразить отношение к «Газпром-сити». Первым его выразил писатель Дмитрий Жвания. Совместно с группой единомышленников в белоснежных халатиках Жвания проплыл на кораблике мимо консульства «Газпрома». Люди в халатиках держали плакат «Каждому придурку по башне»… Вообщем писатель Жвания даже для петербуржца — человек с очень активной штатской позицией. Во время грузинских зачисток Жвания, к примеру, прогуливался по городку в государственном головном уборе. В таком смелом виде его даже не инспектировала полиция. У милиции он вызывал какие-то тревожные чувства. Потому Петербург для Жвании — «единственный нормальный» город в стране. В эту формулировку писатель вносит все, и архитектуру, и даже милиционеров. Так что, как и многие на данный момент, в небоскребе он лицезреет «угрозу Питеру вообще». Так как «архитектура как искусство сформировывает соответственное сознание людей. А здесь обсолютно любой дом — монумент искусства».

Так Жвания борется за «особое сознание людей». Не так давно он сделал веб-сайт gazprom-city.spb.ru. Там можно поглядеть картинки других проектов небоскреба. Жвания даже организовал конкурс на наилучший такой набросок. Пришел митек Шагин — тоже выразил свое отношение. Шагин принес набросок разводного моста-небоскреба в виде матроса Кошки.