Киоски забирают, чтобы оставить

Анна АРТЕМЬЕВА — «Новенькая»

В декабре 2014-го столичная мэрия объявила, что без помощи других поменяет все киоски прессы на новые (чего ранее добивалась от распространителей), а за это возьмет их для себя в собственность. Обладатели торговых точек запаниковали: «деприватизация», передел рынка? При этом рынка низкорентабельного, который и в «постоянные» годы испытывал экономические трудности из-за ограничений на продажу сопутствующих продуктов. А скоро для всех киосков в Москве, в том числе киосков прессы, будет введен к тому же так именуемый торговый сбор (от 28 до 81 тыщи рублей в квартал зависимо от расположения). В общем, когда на этом фоне московские префектуры в конце прошедшего года начали отказывать обладателям киосков в продлении договоров и массово рассылать предписания о демонтаже —  за розничную продажу прессы стало боязно.

Корреспондента «Новейшей газеты» пробовал успокоить начальник департамента СМИ и рекламы правительства Москвы Владимир ЧЕРНИКОВ.

— 3 декабря 2014 года на Городском отраслевом форуме печати вы обратились к распространителям: «У вас было целых три года, чтоб поменять киоски. Но вы этого не сделали. Потому сейчас город принял единственное правильное решение — сделать это самому. Это будет столичное учреждение со 100-процентной собственностью, на баланс которого будут поставлены все киоски. Все, что я произнес, — это принципно принятое решение, которое должно быть реализовано в кратчайшие сроки».

Только 25 декабря вице-мэр Александр Горбенко разъяснил, что старенькые места не будут разыгрываться на новых конкурсах, что имеющиеся киоски будут обслуживать те же операторы, что и до этого. Нужно ли понимать, что за эти три недели «принципно принятое решение» было изменено? А если нет, то почему вы не растолковали еще 3 декабря, что разыгрывать торговые точки поновой никто не будет?

Владимир Черников

— Эта фраза вырвана из контекста, давайте говорить беспристрастно. Мы разговариваем с нашим обществом уже не один год. Да, у нас различные дела с представителями отрасли — так как все они различные. А мы тоже не можем быть, как пряник, идиентично сладкими для всех. Но главная платформа наших отношений — доверие.

Когда городом был взят тренд, чтоб избавиться от изживших себя форм нестационарной торговли, то мы отстаивали интересы отрасли. Количество киосков других специализаций было значительно сокращено, а киоски печати по поручению мэра продолжали работать. Мы сохранили существовавшую схему размещения практически в полном объеме — на 80—85 процентов.

Еще два года вспять мы с сотрудниками уславливались, что они должны будут поменять киоски. Некоторые компании (пусть их не большая часть), верно это услышав, стали подменять. Но кто-то решил, что это просто слова.

В итоге суровых дискуссий появилось предложение пойти распространителям навстречу. Мы в рабочем порядке гласили сотрудникам, что возьмем на себя эту работу по подмене киосков, оставив их у себя в принадлежности. Просто форум 3 декабря был местом, где можно и необходимо было это озвучить официально. И здесь чуть-чуть от коварного, что коллеги этого не знали. Знали они отлично. Почему-либо в вашей цитате не прозвучала фраза, с которой я обратился к отрасли: «Будьте аккуратнее, так как нам необходимо еще этот вопрос доработать до конца, в том числе и в ФАС, и с другими организациями, чтоб ничего не нарушить». На том же форуме минимум трое выступающих (личный бизнесмен и две компании) поддержали эту идею. А потом наше предложение стало кем-то интерпретироваться. «Правительство Москвы желает заняться делом». «Нас лишают работы». Этот фон кому-то был выгоден. Мы пробовали понять его природу. На наш взгляд, сообразили. Основным движком этой идеи было желание некоторых коллег бросить все как есть: пролонгировать договоры, ничего при всем этом не заменяя. Больше возмущения было со стороны тех, кто сдавал киоски в аренду. Ведь математика обычная. Город получал с киоска (за аренду места под ним. Н. Г.) от 600 до 5000 рублей в год. В год! А сдавались эти киоски по другим ценам — в 10-ки раз больше.

— Сколько киосков прессы сдавались в аренду?

— На наш взгляд, процентов 70—80. Но есть те, кто сдавал все-же с контролем, а есть и без контроля. Были такие места, где овощами вели торговлю, а не прессой. Нерадивой аренды было процентов 20. Это довольно суровая цифра.

Так, 3 декабря вы знали, что торговые точки не будут разыгрываться поновой?

— Да, естественно.

Вы это предполагали либо вы об этом гласили?

— Естественно, гласил. Гласил, но очень осторожно. А 25 декабря этот вопрос был озвучен в кандидатуре с невыполнимостью другого решения. Если желаете, 25 декабря было жестче. Ранее я гласил довольно мягко, и некоторые коллеги использовали это исходя из убеждений негатива. В период с 3 по 25 декабря мы поставили все точки над «ё».

Как будет рассчитываться арендная ставка? Есть ведь киоски прессы в центре, но в безлюдном месте, а есть киоски на краю городка, но у станции метро, где реализации выше.

— В согласовании с федеральным законом в Москве будет введен так именуемый торговый сбор. Мы осознаем, что если сюда же наложить цена аренды, то можно сразу же сказать, что малорентабельный бизнес станет совершенно невыгодным. Когда-то мы шли по принципу так именуемых зон. Сейчас мы лицезреем, что важен и аспект «проходимости», вы верно говорите.

Мы об аренде будем договариваться исходя из убеждений обоюдных интересов — и городка (чтоб город мог как минимум восполнить свои издержки на новые киоски), и продавцов. Подключены наши коллеги из департамента экономической политики и развития. Думаю, что мы вместе это решение примем не позже марта.

197-й приказ Минкомсвязи для городка с популяцией более миллиона человек советует арендную ставку не выше 30 рублей за квадратный метр за месяц. Это реально в Москве? И в условиях, когда вы планируете как минимум восполнить издержки из бюджета?

— Реально. Так как все равно есть торговый сбор, на который мы точно никак воздействовать не можем. Малая арендная ставка будет отталкиваться кое-где вот от этого показателя. Плюс у нас есть возможность поманипулировать сроками. Качество самого павильона гарантирует его эксплуатацию в течение 10—15 лет. И если мы (я приоткрываю заавесь, это тоже дискуссируется) разобьем окупаемость на 10—15 лет, то арендная ставка, естественно, может быть снижена.

Подключение киосков к коммуникациям и сервис казенное учреждение тоже возьмет на себя?

— Подключение киосков к электросети подразумевается бросить за префектурами. А издержки по текущему содержанию арендованного имущества, в согласовании с законодательством, несет арендатор.

— Пожалуй, основная составляющая рентабельности — ассортимент сопутствующих продуктов. Вы желаете, чтоб он был расширен? Что вы для этого предпринимаете?

— Желаем — в рамках допустимого. Те же снеки, тот же кофе. Нам необходимо крепить ветвь. Мы для этого работаем активнейшим образом с департаментом торговли и сопротивления не встречаем. Рьяные головы пробуют на данный момент сказать: «А давайте вернем все, что было до запрета» (к примеру, продажа пива была запрещена в 2013 году, табака — в 2014 году.Н. Г.). Такую позицию мы поддержать не сможем. А расширить ассортимент в границах разумного — в этом есть общее осознание. Думаю, что совместно с графиком подмены киосков мы утвердим и ассортимент.

— Схема размещения как и раньше не утверждена?

— Схема размещения на сегодняшний день ориентирована департаментом торговли на согласование в городские собрания. Мы хотим предложить 2838 объектов торговли прессой. Это 474 пресс-стенда и 2364 киоска. 2095 мест уже согласованы: мы сохраняем 1759 старенькых мест и вводим 336 новых. Еще 269 мест находятся на дополнительном согласовании. Схема тоже должна быть принята до марта.

25 декабря мы также сообразили, на чем еще было основано недовольство отрасли. Часть киосков, которые не попали в схему, подлежали демонтажу. Это было справедливо, так как если киоска нет в схеме, а контракт завершился, то он по идее должен быть демонтирован. И вот в отношении таких киосков мы ввели мораторий на демонтаж. К огорчению, эта договоренность не оформлена в виде нормативного документа. Это исключение из всех правил.

— Но есть и киоски, которые в схеме были, но тоже получили предписания о демонтаже.

— Два-три варианта. В том числе был демонтирован и новый киоск. Просто он стоял не на том месте. Все уже компенсировано и восстановлено.

У нас нет трудности, связанной с валом демонтажа киосков печати. У нас есть некоторые несостыковки, при которых время от времени киоски печати демонтируются. Почему? В Москве интенсивно работает портал «Наш город», на который попадают замечания людей. Для префектур не исполнить поручение в согласовании с нормативным документом — это нарушение. Когда мы сообразили, в чем проблемка, то поправили ситуацию. Таких фактов — единицы. С 25 декабря по нынешний день у нас нет ни 1-го обращения.

— Вот у меня на руках 10-ки предписаний по десяткам адресов. Подписи зампрефекта СВАО Зверева, зампрефекта ЮВАО Буянкина, главы управы района  Орехово-Борисово Южное…

— По основной массе мы успевали реагировать и оставлять киоски. Скажу, что понятно мне: за прошедший год (в особенности осенью был всплеск) было демонтировано 8—10 киосков. У их издавна закончились договоры. Они не остались даже в проекте схемы. На данный момент на подобные точки мы ввели мораторий. Но после утверждения графика подмены такие киоски будут демонтированы в кратчайшие сроки, и обладатели об этом знают.

— Сообщалось, что один киоск будет стоить около 650 тыщ рублей. Это 1,5 миллиардов рублей за 2364 киоска. Годом ранее федеральное правительство пожалело 3 миллиардов из бюджета для «Почты Рф» на доставку подписных изданий. Откуда в городском бюджете «излишние» 1,5 миллиардов, тем паче что он был принят Мосгордумой еще в ноябре 2014 года? Чего у нас станет меньше на 1,5 миллиардов в этом году?

— Очень обычный вопрос для меня. Есть такое понятие, как неналоговые доходы, к коим относятся, к примеру, доходы от рекламы. В прошедшем году бюджет получил ни мало ни много 10 миллиардов рублей за размещение маркетинговых конструкций в городке. Другими словами мы эти средства сами и зарабатываем. И сейчас эти средства уже в бюджете. Я понимаю иронию вашего вопроса, но вопрос суровый. Да, эти средства могут быть потрачены на другие сферы, и сначала социальную. Но мы же будем растрачивать эти 1,5 миллиардов не единовременно, а в течение минимум полутора-двух лет. Разделите цифру, и уже будет полегче. У нас есть источники доходов, а эффективность их растраты позволяет прийти к выводу, что это не ляжет бременем на бюджет и не отразится на москвичах.

— 2-ой год попорядку в рейтинге свободы прессы, который составляют «Репортеры без границ», Наша родина занимает 148-е место из 180. Мэрия скоро станет собственником киосков. Кто гарантирует, что арендаторам не позвонят и не произнесут: «А вот «Новенькая газета» написала то-то, сейчас убираем из реализации». Либо, не дай боже, ваша «Вечерняя Москва» что-то не то напишет…

— За четыре года работы в должности управляющего департамента СМИ я никогда не получал и не давал такие поручения.

— Так мэрия до этого и не была собственником.

— Мы будем собственником исходя из убеждений упорядочения деятельности, а не воздействия на контент. Если б такая возможность была, вы бы мне, как с этими предписаниями префектур, предъявили и произнесли: а ах так это? Я не могу для себя представить, что мы будем давать такие указания. Сделать так, чтоб газета «Вечерняя Москва» распространялась в метро, — могу. Но не во вред кому-то, кто может там еще распространяться. Мне думается, что свобода отношений бизнеса и власти у нас (я беру только свое направление) выстроилась с положительной точки зрения. Произойдет — тогда давайте дискуссировать. Но думаю, предполагаю и даже уверен: этого не произойдет.

— На данный момент в столице один киоск приходится практически на 6000 обитателей. Минкомсвязи для огромного городка советует европейскую норму — один киоск на 1500 человек. Нужна ли и достижима ли эта норма в Москве?

— Я думаю, что рынок сам должен ответить на этот вопрос. Это не приказом должно определяться. Если мы с отраслью вдруг усвоим, что у нас недостаток, что у нас очереди у киосков, либо раскрывается микрорайон, и вот здесь их точно не хватает, — они будут появляться. И запретить это не сумеет ни один бюрократ. Если возникнет ситуация, при которой киосков должно быть больше, — их будет больше. К нам придут, произнесут: «Ну нужен тут киоск!» Внесем конфигурации в схему и поставим.