Корпоративная Россия

Когда специалисты именуют Русское правительство корпоративным, они присваивают этому слову метафорический подтекст. Но в ближайшее время метафора на очах преобразуется в полные определенные структуры с уникальной организационно-правовой формой, большими бюджетами и расширенными возможностями. Госкорпорации сегодня создаются с завидной интенсивностью, а сферы их деятельности поражают многообразием — от олимпийских строек до расселения ветхого фонда, от космоса до нанотехнологий, от возрождения авиационной отрасли до улучшения стиля Рф за рубежом.

Кстати, на этой неделе появился проект изготовления очередной ГК: Счетная палата предлагает правительству монополизировать так рынок этилового спирта. Новенькая структура будет распределять весь объем продукта, произведенного в Рф и ввезенного в страну.

Словом, госкорпорации у всех на слуху, но фактически никто не может ответить на, казалось бы, обычный вопрос: как эта штука, госкорпорация, устроена?

Госкорпорации позиционируются и пиарятся как чуть ли не самая прозрачная и понятная форма хозяйствующего субъекта. Дескать, правительство делает их, выделяет средства на определенные нужды и держит под контролем, как эти средства тратятся. Но даже сторонники изготовления ГК признают, что эта организационная форма нуждается в кропотливом теоретическом исследовании. Они, непременно, правы, так как ответом на вопрос о том, как устроена госкорпорация, может служить серия встречных вопросов. К примеру, таких.

Частности принадлежности

Семь вопросов создателям нового экономического уклада

1. Кто собственник имущества?

Экономные средства, как попадают в госкорпорацию, становятся частью ее уставного капитала и перебегают в личную собственность. На этом контроль завершается, и никто, даже Счетная палата, инспектировать эти структуры не сумеет. В чьих же руках тогда собственность? В русском законодательстве есть очень обычное определение: у кого собственность, тот и обладатель. А в законе «О некоммерческих организациях» сказано: «Государственная компания не отвечает по обязанностям Русской Федерации, а Русская Федерация не отвечает по обязанностям гос компании, если законом, предусматривающим создание гос компании, не предвидено иное». В дальнейшем такая размытая форма может вызвать конфликт интересов страны и личного бизнеса.

2. Что будет с средствами?

Экономные средства, которые попадают в госкорпорацию, практически «растворяются» в ней. Это позволяет управлению компании самому выбирать, на что и сколько растрачивать средств, отчитываясь перед властью только по самым большим проектам. Другими словами менеджмент фактически свободно распоряжается ресурсами ГК, как если б они были личными. Средства пойдут туда, куда укажут менеджеры.

3. Представляют ли они собой опасность личному бизнесу?

Госкорпорация формируется обычно на базе федерального муниципального унитарного предприятия (ФГУП) в какой-нибудь определенной отрасли, также более маленьких — ГУПов. Практически такая сфера деятельности монополизируется государством. Развивать же что-то в условиях отсутствия конкуренции представляется очень сложным. Другое дело, что госкорпорации создаются в так именуемых «бесперспективных» отраслях экономики. Хотя когда-то и в нефтяном бизнесе было нерентабельно работать. Есть и другая формулировка: ГК создаются там, где у страны «есть интересы».

4. Воздействует ли создание ГК на инфляцию?

Большие средства, которые будут отпускаться в экономику через госкорпорации, могут ухудшить и без того напряженную ситуацию с ростом цен. Высоки заработной платы чиновников (естественно, белоснежные) будут далее двигать инфляцию.

5. Можно ли говорить о возвращении к русской модели хозяйствования?

Участившееся за ближайшее время вмешательство страны в экономику для многих кажется возвращением к русской отраслевой модели управления. Некоторые компании даже претендуют на выполнение госфункций, как, к примеру, госкорпорация по улучшению стиля Рф за рубежом (она пока в проекте). Это допускают противоречивые законы, по которым, с одной стороны, ГК — некоммерческая организация, главной целью которой не является получение прибыли, а с другой — она активный участник рынка, который имеет право брать акции, делать IPO и т.д., только бы это соответствовало ее целям.

6. Есть ли что-то схожее за рубежом?

Бюрократы говорят, что мы тут не 1-ые, — такие формы управления собственностью есть и в других, как развитых, так и развивающихся странах. Естественно, есть. Но, невзирая на то, что цели у всех структур однообразные (подъем отрасли, выполнение мегазадачи), все таки форма у их различная. В Европе есть только госкомпании. В США — общественные компании. И ни одна из их не получает в собственность такое количество экономных средств.

7. Какими будут заработной платы топ-менеджеров госкорпораций?

Рыночными их язык именовать не поворачивается. Так как определять их будет не рынок, а управление госкорпораций. Но они очевидно будут выше окладов чиновников, входящих в советы директоров госкомпаний.

Игорь Николаев, директор департамента стратегического анализа компании ФБК:

Мне тяжело представить, чтоб организационно-правовая форма госкорпорации, которая внутренне противоречива, нормативно не очень определенная, имела какие-то важные достоинства по сопоставлению с другими отлично себя зарекомендовавшими формами организации той либо другой деятельности. Форма госкорпорации несет значимые экономные и другие опасности, которые в отдельных сферах могут привести к значительному росту монополизма и поочередному понижению конкуренции.

Госкорпорации, естественно, подпадают под антимонопольное законодательство, но будет ли оно к ним применяться? Их ведь даже Счетная палата инспектировать не может. Контрольные возможности распространяются лишь на те организации, которые употребляют экономные средства либо распоряжаются федеральной собственностью. А средства, попадающие в ГК, уже перестают быть экономными и становятся ее личной собственностью. На мой взгляд, это главная норма.

Всегда принадлежность муниципальная/негосударственная определяется по тому, в чьих руках находится собственность, кто обладатель. Реально госкорпорации — это личная собственность. Пожалуйста, вот определение из Общероссийского классификатора форм принадлежности: «Частной собственностью является имущество, принадлежащее на праве принадлежности гражданам либо юридическим лицам». Выходит, все это личная собственность. Мы такое сделали, что разумом не понять.

При всем этом нельзя говорить и о том, что госкорпорации верно контролируются государством. Да, их руководители назначаются президентом либо правительством. Есть наблюдательный совет, который воспринимает важные решения, на что растрачивать средства. Естественно, любая ГК установит пороговое значение растраты этих средств, все же решение по самым большим растратам принимается с одобрения наблюдательного совета (высшего органа в ГК). На данный момент в законах прописано, что они отчитываются президенту и правительству.

По большим растратам это решение будет выноситься на наблюдательный совет, но рассчитывать на подабающий контроль, думаю, не стоит. Ведь это практически совет директоров госкомпании. Интересы страны представляют бюрократы, для которых госкорпорация будет готовить нужные решения. Остается «проштамповать» эти решения (у чиновников собственной работы хватает, некогда им будет вникать к тому же в дела госкорпорации). Потому возлагать на то, что наблюдательный совет будет очень вникать, на что растрачивать средства, тоже не стоит.

Очередной момент. Раз средства закончили быть экономными, то они больше не подпадают под Федеральный закон (№ 122-ФЗ от 22 августа 2004 года) «О поставках продукции для федеральных муниципальных нужд». Соответственно, все процедуры, связанные с проведением госзакупки, на их не распространяются.

К примеру, если по закону о госзакупках нужно объявлять тендер по определенным правилам на строительство того либо другого объекта, то сейчас эти правила будет устанавливать сама госкорпорация. Можно будет, кстати, вообщем тендер не объявлять.

Госкорпорацией получаются большие средства, которые необходимо растрачивать. Эти средства не зарабатываются, к ним ведь и отношение соответственное. Действенной может быть только структура, которая в конкурентноспособной среде зарабатывает те средства, на которые живет. Если же это вправду некоммерческая структура, то вопросы контроля должны быть проработаны в особенности кропотливо, а этого как раз и нет.

У ГК есть претензии на выполнение муниципальных функций, к примеру, по вербованию инвестиций (в проекте по созданию соответственного агентства, с которым не так давно выступил МЭРТ). Это означает, что у нас происходит объединение в одном лице хозяйственных и госфункций. В СССР муниципальные университеты делали хозяйственные функции. Это было плохо, но соответствовало той системе. На данный момент история повторяется, но в виде фарса. Сейчас уже не органы гос власти претендуют на выполнение хозяйственных функций, а госкорпорации претендуют на выполнение функций госуправления. В законах о госкорпорациях так написано: для выполнения управленческих, соц и других общественно нужных функций. Что же это все-таки за другие функции — большой вопрос.

Кстати, в законах о госкорпорациях также прописано, что увольнение бюрократа не является основанием для исключения из наблюдательного совета. В период выборов такая «подушка безопасности» не помешает. А какую заработную плату — сами определим. Такой удачный «золотой парашют».

Евгений Федоров, председатель Комитета Госдумы по экономической политике, предпринимательству и туризму:

Госкорпорации должны стать центром, объединяющим усилия страны и бизнеса для выполнения важных задач, решать которые по отдельности было бы труднее.

Правовая форма госкорпорации появилась в нашем законодательстве совершенно не так давно, еще недостаточно исследована в теории и только что стала употребляться на практике.

Муниципальная компания создается на основании федерального закона, в каком прописываются все главные принципы деятельности компании, в том числе верно определенные функции, прозрачный и многоуровневый механизм принятия управленческих решений, точный контроль за ее деятельностью, публичность отчетности.

При всем этом получение прибыли не является основной целью деятельности госкорпораций. Их задачка — стимулирование развития соответственного сектора экономики. Госкорпорации никаким образом не замещают личный бизнес.

Некоммерческий характер госкорпорации позволяет обеспечивать наибольший учет интересов страны, общества, так как вся прибыль должна направляться на цели, ради которых и сотворена компания. Участники гос компании не имеют не только лишь вещных, но так же и никаких других прав на ее имущество. В то же время она вправе производить предпринимательскую деятельность.

На госкорпорации распространяются все общие формы контроля, такие, как контроль со стороны Счетной палаты, налоговых и других надзорных органов. Не считая того, в каждом определенном случае законом предусматривается образование внутреннего аудита — ревизионной комиссии, подотчетной наблюдательному совету. Отчетность предоставляется не только лишь президенту, но так же и правительству, также располагается в сети веб.

Ни одна из сделанных госкорпораций не делает и не воспринимает на себя никаких муниципальных функций. К примеру, ГК по содействию реформе ЖКХ сотворена только для решения назревшей трудности полгого ремонта жилища и переселения людей из ветхого и аварийного жилого фонда.

В отношениях с остальными участниками рынка госкорпорации имеют равные права, потому говорить о каком-либо нарушении предпринимательской среды не приходится.

ГК подпадают под антимонопольное законодательство. Они являются устроителями либо координаторами работ, а сами работы в главном делает личный бизнес как подрядчик (исполнитель).

Особенность законодательного регулирования деятельности ГК связана с принятием специального федерального закона, являющегося, на самом деле, учредительным документом компании. В остальном законодательство применяется в общем режиме, кроме тех особенностей, которые прямо предусматриваются самим законом.