Либерия, КНДР, Сомали, Россия

Вот уже длительное время экономические санкции западных государств, часто обновляясь, не сходят с повестки дня в Рф. Каждый новый пакет мер вырисовывает перед русской экономикой новые опасности, заставляя профессионалов строить достаточно сумрачные прогнозы. На этой неделе состоялось заседание экономического клуба «ФБК», на котором по этому поводу высказались ведущие специалисты в отрасли.

Евгений ЯСИН, научный управляющий НИУ Высшая школа экономики:

Евгений Ясин, Фото РИА Анонсы 

— На мой взгляд, санкции не окажут огромного воздействия на русский рынок, быстрее оно будет умеренным. Для того чтоб политика санкций Запада имела некий эффект, мы должны интенсивно на нее отвечать, что мы, фактически, и делаем. У меня сложилось воспоминание, что российские контрсанкции наносят больший вред нашей экономике, ежели воздействия Запада.

Мы нередко слышим, что ответные санкции РФ обосновываются типо давнешним планом: поднять российскее создание за счет сокращения импорта. Я лично в это не верю. Быстрее напротив, это приведет к ослаблению конкуренции и проседанию русского рынка. Но более всего от западных санкций пострадает русский денежный рынок и, а именно, банки, которым предстоит столкнуться со быстрым сокращением доступных им кредитных ресурсов.

Пессимизм внушает также моральный облик, который складывается у Рф в очах западных партнеров. Нежелание государств ЕС больше сотрудничать с Россией разумеется. Схожее чувство появилось у меня в первый раз после 1991 года: мы были в семье цивилизованных народов, а сейчас будто бы отчасти вышли из игры.

Вот, к примеру, недавнешний случай, с которым я лично столкнулся. У НИУ ВШЭ были дружеские дела со школой Hertie в Берлине. Планировалось начать кооперативный проект, включавший в себя пространное исследование и сравнительное исследование русской и германской культур. Но по инициативе германской стороны семинар был отменен без разъяснения обстоятельств. И это не единственный такой случай.

Нельзя забывать, что Наша родина начала чувствовать последствия экономического кризиса еще до всех событий, связанных с санкциями. Этот кризис начался еще в 2007 году в США в связи с переходом от промышленного производства к инноваторской фазе развития. На данный момент Запад потихоньку из него выползает, потому что обладает еще более широким набором инструментов борьбы со стагнацией, чем Наша родина.

Грядут значимые перемены. Но, к огорчению, смена политического курса в сторону либерализации, развитие конкуренции и свободы предпринимательства в данной обстановке маловероятны. Это касается и перспектив увеличения производительности и технологичности производства.

В прошедшем году экономический рост в Рф составил 1,3% ВВП, но в 2014–2015 годах ожидается рост, близкий к нулевому.

Никто больше не считает, что мы смотрим личное соревнование Путина и Обамы. Конфликт разворачивается меж Россией и Америкой, а в таком случае уже каждый русский гражданин воспринимает на себя определенную долю ответственности.

Сеппо РЕМЕС, глава компании «Киуру», член совета директоров компаний «Россети», «Сибур холдинг», «РОСНАНО»

Сеппо Ремес. Фото — РИА Анонсы 

Сразу же напомню об одном главном различии меж русскими и западными санкциями. Западные препоны рассчитаны на длительный эффект, в то время как русские контрсанкции сказались мгновенно. Вправду, есть европейские компании, по которым русские санкции стукнут очень (к примеру, финская Valio). Но идет речь быстрее о единичных случаях, чем о масштабном воздействии на экономику.

Запреты Запада, в свою очередь, — это бомба медленного действия. Это значит, что прямого экономического эффекта сразу же не последует. Но время у Запада есть, тем паче что отмена санкций может затянуться: решения как об их внедрении, так и об отмене принимаются странами только единодушно.

В целом ситуация, прямо скажем, тяжкая. Потрясений, как в 90-х годах, естественно, получится избежать, но увеличение инфляции и остальные экономические трудности, непременно, дадут о для себя знать. Относительное восстановление фондового рынка осуществимо в течение нескольких недель, тогда как политическая и общественно-культурная сферы будут реабилитироваться десятилетиями, что отбросит Россию на более ранешний уровень развития.

И здесь азиатские партнеры не сумеют стать спасательным кругом. В Китае сложился особенный денежный рынок, который в главном состоит из муниципальных средств, вкладываемых в принципиальные стратегические проекты.

Если Наша родина так нацелена на сотрудничество с Китаем, то почему бы ей не открыть рынок для китайских продуктов? Понятно, что в ближнем будущем такой шаг со стороны русского управления нельзя для себя представить. А это говорит о том, что данное партнерство не настолько ясно, как может показаться.

 Александр КНОБЕЛЬ, директор Центра исследовательских работ интернациональной торговли Института прикладных экономических исследовательских работ РАНХиГС: 

Александр Кнобель. Фото с веб-сайта pnp.ru

В длительном экономическом противоборстве Наша родина вначале находится в проигрышном положении. Мировой ВВП по паритету покупательной возможности составляет приблизительно 100 трлн баксов, толика ЕС и США в их — приблизительно 35–36 трлн, а Рф — всего только 3,5 трлн. Разумеется, что экономика Рф на порядок слабее тех государств, с которыми мы обмениваемся санкциями. В сложившейся ситуации исходя из убеждений торговли как раз Наша родина находится в зависимости от Запада, а не напротив.

Броско, что негативное воздействие санкций началось еще до их официального принятия. Острые политические разногласия Рф и Запада, закономерно вылившиеся в трудности для русского бизнеса, выявились еще в конце февраля.

Неопределенность и нервозная обстановка оказывают на бизнес даже большее воздействие, чем формально прописанные запреты. Для русской экономики санкции означают повышение цены заимствования капитала как снутри страны, так и за рубежом. При всем этом санкции не причина замедления экономического роста, а быстрее, некоторый катализатор уже имевшихся осложнений. Вероятнее всего, в 2014 году нас ожидает рост ВВП на 1–1,5%.

В войне санкций перевес будет по ту сторону, масштаб экономики которой превосходит противника. К примеру, русские санкции против Украины нанесут Киеву больше вреда, ежели украинские санкции Рф. В ситуации с ЕС и США мы, напротив, заранее проигрываем.

Не считая того, санкционный инструментарий Рф очень ограничен. Мы, допустим, тоже можем запретить Европе кредитоваться в наших банках, но по кому это может стукнуть?

Что касается импортозамещения, то оно не должно быть самоцелью страны. Если нынешние меры являются хорошими, то почему их не ввели ранее? Принцип обсолютно любой действенной экономической политики — максимизация благосостояния страны в длительной перспективе. Опыт многих государств указывает, что экономика может процветать и при больших объемах импорта, замещение которого происходит само собой при наличии нужных рыночных устройств.

Санкции РФ действуют всего один год, и никто не может представить, каковой будет последующий шаг, а означает, рисковать никто не будет. Глобальная реакция видна еще не так явственно, но уже можно созидать, как понижаются закупки зарубежного оборудования и импорт технологий. Летом 2014 года закупки оборудования в области машиностроения и жд транспорта сократились приблизительно на 15% по сопоставлению с 2013 годом.

Олег БУКЛЕМИШЕВ, управляющий Центра исследовательских работ экономической политики экономфака МГУ:

Олег Буклемишев. Фото с веб-сайта newsko.ru

— В журнальчике The Economist был размещен обзор санкций ООН за последние 20 лет (около 30 случаев), и только в единичных случаях был достигнут подходящий итог.

Что все-таки касается вероятного вреда для людей страны, то в очах русского страны он пренебрежительно мал. Люди, говорят нам, должны были на это рассчитывать. В Европе по этому вопросу, как понятно, подход обратный.

И вот сейчас Наша родина попала в довольно-таки контрастную «компанию» государств, против которых ЕС и США вводили санкции в последнее десятилетие: Иран, Либерия, КНДР, Ирак, Сомали, Кот-д’Ивуар и другие. И эти санкции уже достаточно осязаемо бьют по русским рынкам.

Фондовый рынок, может быть, не важнейшая часть экономики, но подходящий индикатор. Только после крымских событий биржевые индексы свалились на четверть. По другому говоря, за настолько куцее время Наша родина растеряла сотки млрд баксов капитализации.

До известного момента Наша родина являлась одной из ведущих государств по вербованию зарубежного капитала. С марта все кардинально поменялось. В июне все еще наблюдались единичные сделки, но скоро и от их не осталось и следа. Даже муниципальные ведомства, такие как Минфин, ощущают себя очень тревожно.

Толика высокопроизводительных промышленников будет уменьшаться и впредь. Может быть, правительство пойдет на искусственное создание мест в производственном секторе с целью борьбы с безработицей, но ни к чему отличному это не приведет. Эффект концентрации денежных ресурсов в Москве усилится, люди из регионов будут приезжать в столицу на заработки еще почаще.

Безотрадно смотрятся и перспективы банковской системы, сейчас достаточно очень зависимой от средств ЦБ. Залоговый ресурс кредитования практически исчерпан, все идет к отказу от залогов. Наружные рынки закрыты, пенсионный сектор сворачивается. Остается ФНБ, который практически уже расписан, и кредиты ЦБ. Такая система длительно не выдержит.

Стоит раздельно отметить, что западные средства азиатскими мы не заменим. Китайские средства не миф, но Пекин просит роли собственных компаний в больших русских проектах, а не действует в благотворительных порывах. Без коренного конфигурации в политике ситуация будет ухудшаться, а политическая решимость и солидарность Запада пока остаются постоянными.