Малый бизнес не для малых сих

Фото: Вера Салманова/ Новенькая 

Судя по заявлениям чиновников, в кризис власти решили поддержать малый бизнес старенькыми обещаниями: редчайшее официальное лицо, выступая на экономическую тему, не упомянет о необходимости понизить налоговую нагрузку и убрать административные барьеры. Генпрокуратура хочет провести в регионах проверки выполнения законов о поддержке малого и среднего предпринимательства. В правительстве, по данным агентства РБК, дискуссируют создание новейшей структуры, которая будет заниматься развитием малого и среднего бизнеса. По подсчетам первого вице-премьера Игоря Шувалова, на данный момент в этой сфере занята четверть трудоспособного населения, власти рассчитывают в наиблежайшие годы прирастить показатель до 50%. Корреспондент «Новейшей» побеседовала с несколькими бизнесменами о том, как им живется в кризис.

Вас тут не стояло

С предпринимательницей Ольгой Панфиловой договариваемся повстречаться «у страусов». Двухметровые Федя и Маруся принципиально вышагивают на той стороне сетки. Красавчики вылупились в Рф, едят русскую капусту, морковку и яблоки. В примыкающей клеточке завтракают декоративные куры, фазаны, павлины. Породистых голубей можно брать в руки. Летом тут безвозмездно раздавали юных крольчат. К фотосъемке питомцы привыкли. В Саратове это единственный контактный зоопарк, малышей сюда возят со всего городка.

Как ведает Ольга, бизнес-идея родилась на прогулках с ребенком — когда выяснилось, что развлечь малышей в окружном Заводском районе фактически негде. 10 годов назад Ольга с супругом поставили в сквере батут и карусель, заселили в вольер первого зайчика.

Предприниматели благоустроили прилегающую к аттракционам часть сквера — проложили пешеходные дорожки, посадили деревья и клумбы, поставили беседки, соорудили стационарный туалет. На 200 тыщ рублей оборудовали спортплощадку и подарили ее муниципалитету.

Веселительному парку Панфиловой грозит не кризис, а отношение чиновников. Ни состояние экономики, ни даже указания высшего управления развивать малый бизнес не мешают маленьким начальникам продвигать личные интересы.

Проблемка в том, что у Панфиловой не оформлен контракт аренды на землю. Согласно «Правилам землепользования», утвержденным городской думой, в зеленоватых насаждениях общего использования можно располагать памятники, мемориальные комплексы, публичные туалеты, водные объекты. Об аттракционах в документе не говорится. Это очень комфортно: бросить в законе пробел, дающий простор для личных договоренностей с бюрократом. По словам Ольги, много лет аттракционы располагались в сквере на основании устного разрешения районной администрации. Когда власть в районе поменялась, прежние соглашения утратили силу.

В прошедшем году милиция возбудила административное дело по статье 7.1 КоАП «Самовольное занятие земляного участка». Аттракционы побросали в самосвал и увезли. Оборудование (ценой около миллиона рублей), хранившееся на открытой площадке, пришло в негодность. Панфилова пропустила сезон. Тем временем на другом конце сквера появились карусели соперников, которые, как подразумевает Ольга, более симпатичны бюрократам.

Администрация Промышленного района подала иск «об устранении препятствий в использовании земляным участком». По решению арбитражного суда области ИП Панфилова должна демонтировать и вывезти все свои объекты, установленные в сквере. В решении суда перечислены клеточки для животных, мостик над прудом, декоративные изгороди повдоль газонов и даже «древесный домик с табличкой «Туалет», также «лавки на пеньках в количестве 18 штук».

Ольга подала апелляционную жалобу. Спрашиваю, что она будет делать, если решение суда окажется не в ее пользу. «Я предупредила супруга: больше так вкладываться не будем. Поставим где-нибудь батут на лето, заработаем средств и свалим».

Не до цветочков

«Этой весной люди будут сажать картошку, а не петунии. Мы на 50% уменьшили посевы цветов, но прирастили площадь под овощную рассаду», — ведает Антонина Ермакова, бизнесменка из Красноармейского района. Пару лет вспять она получила областной грант — 200 тыщ рублей на развитие малого бизнеса и начала растить оранжерейную рассаду: петунии, сальвии, бархатцы. Дело шло отлично, Антонина Анатольевна могла позволить для себя «соц проект»: каждую весну безвозмездно высаживала в городском парке цветочки на сумму приблизительно 100 тыщ рублей. «Для меня это не принудиловка, бизнесмен должен приносить пользу городку, где работает. Но в этом году нет возможности даровать подарки».

Не считая теплиц у Ермаковой есть газета, маркетинговая мастерская и сауна. «Все наши бизнесы не связаны с продуктами первой необходимости. Сначала кризис пришел в сауну. Люди стали больше средств растрачивать на пищу и меньше на утехи, — ведает Антонина Анатольевна. — Газета по уровню рентабельности, по-прежнему, вертится около нуля. В мастерской нет ни 1-го заказа на вывески и баннеры».

У Ермаковой работало около 10-ка человек, двоих пришлось уволить. Официально оформленный наемный работник — драгоценное наслаждение для бизнесмена. С заработной платы, начисленной сотрудникам, ИП дает 30% в страховые фонды, плюс сам работник еще платит НДФЛ. «Другими словами с каждых 10 тыщ рублей заработной платы моих работников правительство имеет свою «пятерочку», — подсчитывает Ермакова.

Во время кризиса в особенности осязаемой стала конкурентность со стороны бизнесменов, работающих незаконно. «Вот человек выстроил сауну во дворе собственного дома в деревне. Он платит налог на землю и на имущество как физлицо, покупает свет и воду по сельскому тарифу, другими словами практически в 5 раз дешевле, чем я. Понятно, что он демпингует. Я с ним соперничать не могу, у меня лишь на электричество и газ уходит 70–80 тыщ рублей за месяц, — ведает Ермакова. — Ни милиция, ни прокуратура ничего поделать не могут, так как для вербования к ответственности за нелегальное предпринимательство нужно обосновать «систематическое получение прибыли». Из тени подобного нелегала никакими налоговыми каникулами не выманишь, его и так всё устраивает».

Детки грезят о госслужбе

Сергей Громыко реализует оборудование для магазинов и кафе, обслуживает малый и средний бизнес. «Сегодняшней зимой спрос на наше оборудование свалился втрое. Это означает, что люди меньше открывают новых точек, не проводят технического перевооружения, — ведает Сергей Васильевич. — Из 6 звонков в день двое требуют новое оборудование, а четыре — б/у, оно дешевле. А что означает б/у? Это техника без гарантийного талона и сервисного обслуживания. Расчеты по таким сделкам происходят «в тени». Торговец не указывает вырученные средства как прибыль, но так же и клиент не может показать собственный расход, другими словами лишается возможности легитимным образом понизить свою налогооблагаемую базу. Этот рынок в кризис быстро набирает обороты».

В магазине у Сергея Васильевича можно приобрести продукт в кредит, у него заключены договоры с 3-мя банками. Но ни какой-то из них не соглашается кредитовать ИП. «Даже когда приезжают прочные ребята — мясники из районов, булочники, хлеб-то на данный момент отлично идет, — даже им отказывают категорически, так как занятие предпринимательством считается фактором риска».

«Я — налогоплательщик, в квартал плачу столько, сколько хватит на заработную плату трем министрам, и мне глубоко не индифферентно, кто на мои средства существует. Смотрю телек, и иногда в шоке от их глуповатых выступлений, — комментирует бизнесмен антикризисные планы чиновников. — Ни в не плохое время, ни на данный момент никакой помощи от властей мы не увидели».

Помощь бизнесменам нужна в вопросах аренды. Магазину оборудования не обойтись без огромных площадей, только выставочный зал занимает 150 квадратных метров. В сегодняшний год магазин вошел с долгами по аренде, под опасностью выселения. В год на аренду уходит 1,1 млн рублей. По закону 180 тыщ из их можно было бы возвратить как возмещение НДС. Но арендодатель, сдающий разным фирмам четыре строения бывшего дрожжевого завода, оформлен как ИП, его налоговый спецрежим не предугадывает уплату НДС, другими словами магазин Громыко, оформленный как юридическое лицо, возмещения получить не может.

Малый бизнес, по наблюдениям Громыко, не увлекателен ни властям, ни обществу. «Мы не так давно прогуливались в школу на беседу о профориентации. Спросили, кто желал бы открыть свое дело. Из 105 выпускников подняли руку трое, другие грезят о госслужбе».