Объединенный народный Форбс

Петр Саруханов — «Новенькая»

В субботу состоялся самый бессчетный пока пропутинский митинг, организованный по новейшей схеме — «снизу». На привокзальной площади Екатеринбурга собралось 5—семь (по данным ГУВД, пятнадцать) тыщ приверженцев премьера. Их костяк составили рабочие бессчетных компаний региона. Ну и саму заявку на проведение акции подала деятельная группа «Уралвагонзавода». Они даже обещали приехать на митинг на танке, чего, естественно, не вышло, но густой информационный осадок остался.

Общий смысл девизов: «За Путина, за стабильность, мы не быдло!» Отсутствие единороссовской и даже оэнэфовской атрибутики только подчеркивало «низовой» характер инициативы. Но вопросы к технологии организации митинга остались.

По официальной версии, несколько рабочих «Уралвагонзавода» взяли отпуск за собственный счет, после этого объехали предприятия Свердловской и сопредельных областей, повстречались с трудовыми коллективами и уверили коллег-рабочих прибыть 28 января в Екатеринбург. Не будем подвергать сомнению их добрую волю и даже готовность пожертвовать энной суммой средств на совершение длительных вояжей. Принципиально другое: «низовая» инициатива никогда не была бы реализована, если б навстречу ей не пошли не только лишь трудовые коллективы, но так же и работодатели.

Представим для себя, что группа товарищей в рамках дружественного визита приехала бы агитировать на примыкающий завод не за Путина, а за Зюганова, допустим. Их, естественно, не пустили бы далее проходной, а отпуск за собственный счет обернулся бы прогулом и увольнением. Другими словами инициатива может расти откуда угодно, но перевоплотиться во что-либо ощутимое она может только при поддержке административного ресурса, другими словами, в нашем случае, менеджмента компаний, который, в свою очередь, не допустил бы политических вольностей, не согласованных с акционерами, реальными обладателями.

Итак, поглядим, кто санкционировал (косвенно, естественно, но при всем этом властно) движение уральских рабочих.

«Уралвагонзавод» — предприятие на 100 процентов государственное (так как делает не только лишь вагоны, но так же и танки). Интересы головного и единственного акционера представляет совет директоров, который возглавляет Евгений Школов. Это один из сослуживцев Владимира Путина по ГДР (он даже родился в Дрездене), успевший поработать и в администрации президента (в ту пору, когда ее возглавлял Медведев), и в МВД на генеральских должностях. Навряд ли, естественно, кадровый чекист впрямую опустился в политтехнологические вопросы, но довести нужный сигнал до конкретного управления завода он мог.

Сейчас поглядим на перечень компаний, которые с агитационным визитом посетила делегация «Уралвагонзавода».

«Челябинский тракторный завод» контролируется «Уралвагонзаводом», и данный факт не нуждается в комментах.

Уральский химический завод — часть империи «Росатома», другими словами тоже контролируется государством.

«Уралэлектромедь» заходит в структуру НМТК, которая, в свою очередь, является частью «Евраза» (главные акционеры — Роман Абрамович, Александр Абрамов, Евгений Швидлер).

Богословский дюралевый завод — часть «Русала» Олега Дерипаски.

Серовский завод ферросплавов и Среднеуральский медеплавильный завод — это предприятия Уральской горно-металлургической компании (УГМК). Ей обладает очередной человек из перечня «Форбса» Искандер Махмудов.

Его сотруднике Дмитрию Пумпянскому принадлежит «Трубная металлургическая компания», а ей, в свою очередь, — Северский трубный завод, также принимавший ходоков «Уралвагонзавода».

В числе главных акционеров «Уралмаша» — Газпромбанк и контролируемые им «Объединенные машиностроительные фабрики».

Естественно, нет оснований считать, что наикрупнейшие российские капиталисты организуют либо оплачивают пропутинские митинги, но то, что они сдают на аутсорсинг людские ресурсы, — факт.

Вот, кстати, несколько важных событий из жизни этих капиталистов.

УГМК не так давно получила млрд рублей из муниципального Инвестфонда на достройку завода в Тюмени.

А Газпромбанк в последнее время даст долг в 50 миллиардов руб. муниципальному Внешэкономбанку, только не средствами, а своими акциями. В конечном итоге снизится толика в капитале муниципального «Газпрома» и его пенсионного фонда «Газфонд», а вырастет — толика муниципального ВЭБа. А вот долга — не станет, будто бы и не было.

Очевидно, речь не идет о покупке лояльности уральских рабочих при помощи преференций собственникам компаний, на которых они работают. Вопрос в том, кто является бенефициаром путинской модели экономики.

Средняя зарплата на «Уралвагонзаводе» составляет порядка 22 тыщ рублей за месяц, и за прошедший год она не очень поменялась. В то же время, по данным «Форбса», совокупное состояние 100 самых богатых людей Рф за 2011 год возросло с 297 до 432 миллиардов долл. Среднедушевые доходы населения в целом по стране, согласно Росстату, выросли на 10 с маленьким процентов.

Я совсем не против того, чтоб богатые — богатели. Но я против того, чтоб рабочих заводов, принадлежащих людям с миллиардными состояниями, натравливали на участников протестных штатских акций под кургиняновскими девизами «ватники» против «норок». «Креативный класс» не может быть в оппозиции к рабочему, и напротив, просто поэтому, что им нечего разделять. Подавляющие большая часть тех, кто в мороз собрался на привокзальной площади в Екатеринбурге, и тех, кто в субботу пойдет по замерзшей Якиманке, — наемные рабочие, пусть и различных специализаций. Одни не хотят быть «быдлом», другие — «бандерлогами». А для этого принципиально одно — не идти на поводу у тех, кто развешивает подобные ярлычки.