Пенсию будут выдавать в конвенциях

 

Не так давно Минздравсоцразвития устами замминистра Ю. Воронина заявило, что в будущем году оно предложит правительству ратифицировать конвенцию № 102 Интернациональной организации труда (МОТ) «О малых нормах общественного обеспечения». Намерение благое, но неосуществимое. Не поэтому, что политической воли недостаточно. Причина в другом — средств не хватит. В будущем году «все прогрессивное население земли» будет отмечать 60-летие 102-й конвенции — она была принята 28 июня 1952 года. В конвенции закреплены главные нормы малого общественного обеспечения (см. таблицу), но в Рф сложилось устойчивое мнение, что соглашением утвержден только малый размер пенсий — более 40% от утраченного заработка при наличии 30 лет стажа. Что ж пенсии — так пенсии.

Пенсионная акробатика

Строго говоря, в части пенсионного обеспечения мы уже соблюдаем конвенцию: п. 3 ст. 29 говорит, что пособие по старости может составлять 30% по достижении 10 лет стажа уплаты взносов. В Рф пожилых людей, чей стаж не дотягивает до 30 лет, наберется 23% от общего числа клиентов Пенсионного фонда Рф (ПФР). К тому же 34% работников выходят на пенсию досрочно (при всем этом 73% продолжают работать, получая сразу и заработную плату, и пенсию).

Любопытно, а сколько всего пожилых людей в Рф? В действительности, а не на бумаге? Но ответ на этот вопрос засекречен. В нашумевшем докладе Минздравсоцразвития «Итоги пенсионной реформы» называлась цифра 35,7 млн человек. В декабре прошедшего года в «Русской газете» представлялась другая статистика — 36,6 млн человек. Если же взять данные Росстата, то окажется, что пожилых людей к концу 2010 года было 39,7 миллиона.

Кому веровать? Министерству? Правительству? Росстату? И не кажется ли вам, что численность пожилых людей искусственно завышается, что позволяет, во-1-х, значительно сберегать экономные средства, а во-2-х, реализовывать бессчетные коррупционные схемы получения «нетрудовых доходов» (как это происходит, например, на Северном Кавказе)? Вобщем, в предстоящем будем оперировать росстатовскими показателями, пусть вера в их, в особенности после прошедшей переписи-2010, основательно подорвана.

Итак, по данным Росстата, численность пожилых людей на конец 2010 года составила 39,7 млн человек, средний размер назначенных пенсий с учетом компенсации — 7476 руб. за месяц, а среднемесячная номинальная начисленная заработная плата — 21 193 руб. Разделив «пенсионный» показатель на «зарплатный», мы получим коэффициент замещения (соотношение средней пенсии к средней заработной плате) по итогам 2010 года — 35,3%.

Видите ли, до разыскиваемых 40% нам не хватает всего ничего — каких-либо 4,7%. В абсолютных цифрах это значит, что если б конвенция № 102 была ратифицирована в прошлые годы, то в 2010-м средняя пенсия должна была составлять 8477 рублей. Округло — на тыщу больше, чем в действительности.

Тыща — как бы немного. Но для казны недостающая сумма каждый месяц трансформировалась бы в 39,7 миллиардов рублей, а по году — в 476,4 миллиардов рублей. Без малого дополнительные полтриллиона при дефицитном бюджете и массовом финале работодателей в тень! Такая стоимость минздравовского популизма.

Кстати, кроме общей численности пожилых людей нераскрытым остается и вопрос о величине недостатка бюджета ПФР непосредственно по трудовым пенсиям по старости. Нам известна только цифра совокупного недостатка на 2011 год — 875,9 миллиардов рублей. Но не тайна, что значительную часть расходов ПФР составляют выплаты нестрахового характера: пенсии по муниципальному пенсионному обеспечению (278,4 миллиардов рублей), материнский капитал (120,4 миллиардов рублей), каждомесячная валютная выплата инвалидам (278,2 миллиардов рублей) и ветеранам (72,5 миллиардов рублей). Так что настоящий недостаток бюджета ПФР по трудовым пенсиям замаскирован почище скрытых статей расходов на оборонку и безопасность.

Легкие пути

Как соответствовать 102-й конвенции? Не надо сочинять трудности — всегда найдутся обыкновенные решения. В предстоящие два года Минздравсоцразвития и ПФР хотят приступить к очередной пенсионной реформе, гвоздем которой станет формула расчета пенсий. Сейчас действует так именуемая эквивалентная формула: сколько взносов заплатил работодатель, столько и пойдет на выплату пенсии из расчета, что ожидаемый период выплат в 2011 году зафиксирован на отметке 17 лет. Плюс, естественно, пенсионные скопления (у кого они есть). Да малый размер страхового стажа составляет 5 лет.

Бюрократы предлагают перейти к формуле личного коэффициента, формуле сложной и запутанной (к чему холопам высшая математика?), квинтэссенцией которой станет стажевый коэффициент: если вы, например, отработали 15 лет, стажевый коэффициент будет равен 0,55, а если 30 лет — то 0,75. Как раз стажевый коэффициент и должен, по мысли чиновников, приблизить нас к выполнению 102-й конвенции.

Далее стажевый коэффициент будет множиться на соотношение личного среднего годичного заработка пенсионера к среднему годичному заработку по стране, после этого, средством корректировки с применением еще 2-ух встроенных коэффициентов, будет высчитываться настоящая пенсия. Разумеется, но, что, если б новенькая формула применялась с прошедшего года, как минимум у 23% русских пожилых людей, либо у 9,1 млн человек (тех, чей стаж не дотягивает до 30 лет) пенсия была бы ниже назначенной. Сюда же необходимо добавить всех, чьи заработной платы находились на грани прожиточного минимума: тех же региональных и городских бюджетников либо работников сельского хозяйства.

К слову, при внедрении новейшей пенсионной формулы вопрос о повышении пенсионного возраста отпадает сам собой. Хочешь на пенсию в 55 (60) лет — милости просим, но только стажевый коэффициент, другими словами пенсия, будет меньше. Не хочешь — вертись, вырабатывай стаж, а то, что тебя с работы требуют, так это не наши трудности. К тому же г-н Воронин пока не разъяснил, войдут ли в стаж годы ухода за малыми детьми (по действующему закону суммарно засчитывается 3 года) либо служба в армейских рядах (сегодня также идет в зачет).

Еще одна «легкая» дорога — высоки ставки страховых взносов. Со будущего года русские взносоплательщики будут перечислять не 34, а 30% от фонда оплаты труда, а с доходов выше 512 000 рублей — 10%. На самом деле это значит, что ПФР работает в условиях денежной неопределенности — более либо наименее точно подсчитать количество будущих пенсионных взносов навряд ли может быть. И пусть ПФР отрадно докладывает, что в I полугодии 2011 года на непременное пенсионное страхование поступил 1 343,4 миллиардов рублей страховых взносов, что на 47,5% больше, чем за аналогичный период 2010-го, в действительности до трети личных, малых и средних бизнесменов ушли в тень. Уменьшение совокупной ставки страховых взносов до 30% их оттуда не возвратит.

Трудные маршруты

Многим в правительстве и в экспертном обществе кажется, что других вариантов выполнения требований конвенции № 102, не считая как повышение пенсионного возраста, сохранение больших ставок страховых взносов либо введение новых пенсионных формул, не отыскать. Но в реальности все не так плохо.

Для начала следовало бы отделить страховые, читай — пенсионные, функции ПФР от нестраховых. В эталоне — передать нестраховые функции на сторону, к примеру, этим же отделам общественного обеспечения. А то дошло до забавного: сейчас ПФР должен принимать расчеты по начисленным и уплаченным страховым взносам не только лишь на непременное пенсионное, но так же и на медицинское страхование. У нас что, территориальные отделения Фонда неотклонимого медицинского страхования вымерли? Такая мера позволит значительно понизить административные издержки, уменьшить численность персонала и даже, чем черт не шутит, сдавать часть пэфээровских дворцов в аренду всем желающим.

На сегодняшний день взносы по полной ставке (34%) уплачивают чуток больше 49% взносоплательщиков, для других, а это больше половины, в законодательстве предусмотрены различные льготы. Не пора ли навести порядок в этой сфере, говоря проще, провести ревизию пенсионных льгот?

Нужно оживить и в кратчайшие сроки принять законопроект «О проф пенсионных системах». Выше уже отмечалось, что сейчас на пенсию до срока выходят до 34% пожилых людей, при всем этом их работодатели, по преимуществу олигархи, никаких дополнительных взносов не платят. В то же время пенсию «досрочники» получают из общего пэфээровского котла, тем, сами того не хотя, невольно обкрадывая «обыденных» пожилых людей.

В конце концов, необходимо что-то делать с «сероватым» сектором нашей экономики. Все прошлые пробы оканчивались пшиком, а новые совсем слившиеся в коррупционном экстазе налоговики и правоохранители решать не желают. Раз у правительства не выходит уменьшить долю «сероватого» сектора, доходящую до 49% ВВП, пусть не плачется насчет недостатка бюджета ПФР. Сами повинны.

В общем, вроде бы ни сплетничали остряки, а конвенцию № 102 МОТ можно ратифицировать хоть на данный момент. Но с отсрочками по главным статьям, включая пенсионные. Лет на 10. А там, может, новые экспортные продукты найдутся. Лес, к примеру, чернозем либо воздух. Обложим всех новым налогом и займемся перераспределением воздушных средств. Одним словом, не ударим в грязь лицом перед мировым обществом.