Предчувствия рубля

Предчувствия рубля

Курс рубля к баксу за два первых месяца года снизился в целом на 9%. После рекордного за последние 15 лет падения в январе – сразу же на 22%, в течение февраля он повысился на 12%. Больше половины общего воздействия на динамику рубля приходится сейчас на нефтяные цены, считают специалисты, в остальной части доминируют причины геополитики, также платежей русских компаний по наружным долгам. При этом фактический спрос на валюту может почти во всем определяться текущими ожиданиями участников рынка относительно ближайших перспектив рубля.

Падение рубля в январе происходило на фоне резкого понижения цен на нефть: в месяц баррель Brent подешевел на 19%, а курс рубля к баксу понизился на 18,5%. В последние дни января этот тренд круто развернулся. И в течение февраля нефть подорожала ровно на 25%, тогда как рост курса рубля оказался в два раза наименьшим.

Но амплитуда его текущих колебаний в течение января-февраля оказывалась существенно наименьшей, чем в декабре, отмечают специалисты, и сглаживало их дополнительное предложение валюты на рынке.

С одной стороны, проявился эффект дополнительных ее продаж компаниями-экспортерами, сначала – муниципальными. Мониторинг этих продаж денежные власти производили, по их заявлениям, каждодневно – после декабрьской директивы, согласно которой к началу марта на счетах компаний – экспортеров должно остаться столько валюты, сколько было по состоянию на начало октября прошедшего года.

Разумеется, что директива повлияла, как минимум, на ожидания главных участников рынка, в том числе — тех экспортеров, отмечает главный экономист по Рф голландского банка ING Дмитрий Полевой. “Это стало одним из основных стабилизирующих для рынка причин, которые давали основание считать, что ЦБ впредь не допустит повторения ситуации середины декабря”.

Все же, общие объемы торгов на денежной бирже в январе и феврале оставались достаточно умеренными, и никакого приметного их прироста не наблюдалось, добавляет аналитик вкладывательной компании “Уралсиб Кэпитал” Ира Лебедева. Потому воздействие фактора дополнительных продаж валюты представляется ей вторичным. “Если оно и проявилось, то, быстрее, в более сглаженной динамике курса рубля за последние два месяца”.

Невзирая на то, что в январе курс рубля значительно снизился,экспортеры продавали валюты существенно больше, чем в декабре, когда они всячески пробовали ее придержать, возражает аналитик шведского банка Nordea в Москве Дмитрий Савченко. “И самое главное – продавали ее часто, что значительно снижало амплитуду колебаний курса”.

Формально срок декабрьской “договоренности” денежных властей с компаниями-экспортерами истек 1-го марта. “Мне представляется, что сейчас она будет продолжена “неформально”, — считает Савченко, — другими словами и в наиблежайшие месяцы эти реализации могут сохраниться в объемах, полностью адекватных текущим ожиданиям рынка”.

Предложение валюты на нем возросло и за счет расширения объемов кредитования банков со стороны Центрального банка (ЦБ) — сначала, через постоянные аукционы денежного РЕПО (предоставление валюты на тот либо другой срок — неделю, месяц либо год — под залог определенных видов активов). 1-ые такие аукционы ЦБ провел еще в конце октября, но спрос на новый инструмент оказался наименьшим. Судя по реакции рынка, и ставка по предложенным кредитами была сначала очевидно завышенной, и к механизмам залога активов вопросов было много, ну и самих активов, которые отвечали бы требованиям регулятора, у возможных заемщиков могло и не оказаться в излишке.

Но равномерно спрос на аукционах денежного РЕПО нарастал, а на 3-х из их – посреди декабря и два раза в феврале – даже превосходил объем предложения валюты со стороны ЦБ. Интересно, что сама динамика этого спроса часто расползалась с логичными, вроде, ожиданиями. Скажем, в декабре, когда русским компаниям предстояли в особенности большие платежи в счет обслуживания собственных наружных долгов, участники аукционов выбирали на их только маленькую часть предложенной ЦБ валюты. И напротив, в феврале, к примеру, когда по долгам необходимо было выплатить в два раза меньше, чем в декабре, спрос на аукционах мог превосходить предложение.

Объем спроса на денежных аукционах почти во всем находится в зависимости от того, как сам рынок оценивает наиблежайшие перспективы рубля, считает Ира Лебедева. Если он ждет его нового ослабления, то кредиты ЦБ, с учетом предполагаемого понижения курса рубля, теряют свою привлекательность, что здесь же отражается и на аукционах.

С другой стороны, когда на рынке появилось некоторое чувство, что рубль к концу января более либо наименее достигнул собственного “дна”, продолжает аналитик, это сразу обернулось завышенным спросом на валюту. “И, к примеру, на 2-ух аукционах денежного РЕПО, состоявшихся 20 февраля, его участники избрали в сумме более 7,5 миллиардов баксов, что сильно много”.

Но на 3-х первых аукционах марта, состоявшихся на этой неделе, спрос на валюту вновь оказался в 1,5-3 раза меньше предложения. “На мой взгляд, это также связано с очереднымнарастанием рисков и неуверенностью участников рынка относительно будущей динамики рубля”, — подразумевает Лебедева.

Завышенный спрос на валюту в феврале могли подогревать и очередные платежи по наружному долгу, и то, что многие банки, решили перекредитоваться, взяв для этого предложенную ЦБ валюту по максимуму, считает Дмитрий Савченко. В марте платежи по долгам также предстоят немалые, близкие к февральским, но их пик придется, быстрее, на конец месяца, продолжает аналитик банка Nordea. “Соответственно, хотя на первых мартовских аукционах спрос мог быть и не таким огромным, общий спрос на валюту в течение месяца возможно окажется полностью сравнимым с февральским”.

Динамика спроса на недавнешних аукционах определялась не только лишь текущими запросами банков, но так же и потребностью финансировать поновой денежные репо-кредиты ЦБ, приобретенные на более ранешних аукционах – в конце прошедшего года либо сначала сегодняшнего, добавляет Дмитрий Полевой. “На аукционах последних недель объемы завлеченной валюты, как минимум, покрывали текущие платежи по наружным долгам, да еще с маленьким припасом”.

Вобщем, платежи по долгам — никак не определяющий сейчас среди причин текущего курсообразования рубля, отмечают специалисты. Большим удельным весом в их совокупы “владеют” цены на нефть. Прямо за ростом сразу же на четверть в течение февраля, стоимость нефти Brent, к которой привязана и экспортная стоимость русской нефти Urals, за 1-ые четыре дня марта успела снизиться практически на 3%. При этом официальный курс рубля к баксу пока даже вырос– практически на 1%.

“Цены на нефть, непременно, остаются основным из причин курсообразования рубля: я бы оценил его удельный вес приблизительно в 60%, — говорит Дмитрий Савченко. – “Вес” геополитики и санкций – 30%, и платежей по наружным долгам – 10%”. Но делить два последних фактора тяжело, продолжает аналитик, так как трудности с обслуживанием наружных долгов связаны с закрытием для русских компаний иностранных денежных рынков, что, в свою очередь, стало следствием введенных в отношении Рф санкций Запада.

В какие-то моменты русский денежный рынок больше фокусируется на геополитике, в другие — фокус сдвигается в сторону нефти, добавляет Дмитрий Полевой. Что касается обслуживания наружных долгов, то, как считают в банке ING, наикрупнейшие русские компании– должники заблаговременно накопили припасы валюты для очередных платежей. “Потому, условно, текущее курсообразование рубля мы бы на 50-60% связывали с динамикой цен на нефть, на 20-25% — с геополитикой, в остальной части – с платежами по наружным долгам и другими факторами”, — заключает Полевой.