Предел разумного в процентах

Анатолий Аксаков

За бурным политическим фоном просто было и не увидеть ряда новостей, которые касаются будущих конфигураций в законодательстве, регулирующем дела меж банками и заемщиками. К примеру, в Думу был внесен законопроект о ростовщическом проценте, который должен ограничить наибольший размер ставок по кредитам. О том, как будут выявлять «ростовщиков» и каких еще новостей стоит ожидать клиентам банков, «Новейшей  газете» поведал создатель законопроекта, депутат Госдумы и глава Ассоциации региональных банков Рф Анатолий АКСАКОВ.

— Если есть спрос на дорогие средства, будет и предложение. Допустим, у человека нет залога, нет кредитной истории (либо она — нехорошая), а средства необходимы. Он согласен взять дорогой кредит, а организация, которая его предоставляет, компенсирует значимый риск невозвращения высочайшими процентами, высочайшей ценой займа.

Но так же и в этих случаях есть пределы разумного. Если проценты запредельно высоки, большая часть заемщиков при всем желании не могут возвратить долг и попадают в кабалу, в том числе преступную, чуть не в рабстве оказываются. Потому люди нуждаются в защите, в законе, который посодействовал бы им защитить себя от не самых честных участников денежного рынка.

Кстати, в тяжелую ситуацию могут попасть и люди, которые, располагая залогом, желают для чего-либо получить резвые средства. И закладывают, к примеру, квартиру, надеясь, что стремительно возвратят кредит. Но сумма долга вырастает очень стремительно, к тому же в договоре залог нередко оценивается непропорционально реальной стоимости имущества, и человек ту же квартиру теряет по дешевке.

В общем, разумное ограничение цены кредитов для физических лиц должно быть, об этом говорит и глобальная практика.

Обладатель «Российского эталона» Рустам Тарико, кстати, критикует законопроект, напоминая, что в США таких ограничений нет…

— Разрабатывая закон, мы опирались на французскую модель. В чем сущность ограничений? Регулятору, в нашем случае Центробанку и Федеральной службе по денежным рынкам (ФСФР), будет дано право определять среднюю рыночную цена кредитов, при этом раздельно — для каждого их вида: потребительского, автокредита, кредита, привязанного к карте, ипотеки, микрофинансового займа. Эту ставку можно будет удвоить. Вышел, кстати, более либеральный вариант, чем у французов. Я считаю, что возможности предлагать кредит в два раза дороже, чем в среднем по рынку, — полностью довольно. Если сделать ограничение более жестким, можно подтолкнуть к уходу в тень игроков, которые на данный момент работают законно, платят налоги.

Как будут наказывать ростовщиков?

— Поначалу — административная ответственность, штрафы, в случае многократного нарушения — отзыв лицензии, аккредитации, уход с рынка.

Кроме закона о «ростовщическом проценте» ассоциация региональных банков Рф, которую вы возглавляете, разработала и проект закона о потребительском кредитовании. Какие достоинства он может дать потребителям банковских услуг?

— Взаимодействие человека и денежного института складывается из нескольких шагов, на каждом из которых необходимы свои механизмы контроля. 1-ый из их — реклама, в какой обычно предлагают кредиты на наилучших условиях, без комиссий и дополнительных критерий. Я уверен, что рекламироваться должна только полная цена кредита, чтоб человек знал, сколько средств придется дать банку. 2-ой шаг — знакомство с самим продуктом, условно говоря, чтение контракта. И вот на этом шаге очень тяжело делать сопоставление предложений различных банков, чтоб понять, какое из их больше всего подходит определенному человеку. Нужна унифицированная форма, которую банк должен будет располагать на первой страничке контракта.

И что в ней должно быть отражено?

— Во-1-х, полная цена кредита, и в абсолютных числах (рублях, баксах), и в относительных, другими словами в процентах. Во-2-х, ее главные составляющие: фактически проценты за использование средствами, также комиссии и остальные сопутствующие платежи с указанием их вида и цены. В-3-х, каждомесячный график погашения с четким размером платежей.

Проект закона предугадывает также «период остывания»: возможность в течение 2-ух недель возвратить кредит банку без каких-то санкций. Ведь нередко случается так, что люди пристально читают контракт уже дома, после того, как его подписали, советуются с родственниками, понимают, что это бремя возможно окажется непосильным. Нужна типовая форма заявления, которое банк будет должен удовлетворить.

Решает ли законопроект хрестоматийную делему «маленького шрифта» в кредитных договорах?

— Да, предусмотрены «гигиенические» требования к техническому оформлению договоров. Ведь чтоб понять смысл документа, его необходимо для начала прочесть, а на данный момент это бывает время от времени нельзя сделать даже в очках.

Еще одна неудача — это коллекторы…

— Их роль сейчас настолько велика поэтому, что не работают механизмы досудебного урегулирования споров. Нужна медиация, также — денежный омбудсмен.

Этот человек обязан иметь муниципальный статус, условно говоря, быть бюрократом?

— Не совершенно. Тут быстрее есть место для типичного государственно-частного партнерства. В том смысле, что должность должна быть утверждена законом, и мы уже направили соответственный проект вице-премьеру Игорю Шувалову. Но представлять омбудсмен должен банковское общество, не будучи при всем этом связанным с определенными финансовыми организациями.

Его решения должны быть бесспорными к выполнению для банков?

— Естественно, омбудсмен не может стоять выше закона и выше суда, но банкиры должны к нему прислушиваться, подчиняясь его авторитету. Тем паче что, к примеру, по практике Англии, только 1% поступающих от людей обращений денежный омбудсмен решает в пользу заявителей.

В Рф уже был денежный омбудсмен — Павел Медведев…

— Я отлично знаю Павла Алексеевича и с большущим почтением отношусь к нему и к его деятельности. Но то, чем он занимался, — это как раз медиация, другими словами практически посредничество меж банками и клиентами в поиске компромиссного решения. Другими словами омбудсмен на публичных началах не может заявить: тут банк не прав. Он может предложить: давайте договоримся, пойдем друг дружке навстречу. Я, кстати, тоже занимаюсь схожей медиацией как депутат Госдумы, реагируя на обращения избирателей. Но рынку необходимы и проф медиаторы, которые будут получать за свою работу вознаграждение и в силу того нести определенную ответственность.

На данный момент у нас медиаторов по факту нет, а посредниками меж банками и должниками выступают как раз коллекторы, при этом совсем не как добрые парламентеры. Их деятельность планируется все таки как-то регулировать?

— Естественно, это нужно, ведь они на данный момент по факту работают на очень зыбучих правовых основаниях, Верховный трибунал даже принял решение, что нельзя передавать права требования по кредиту третьим лицам, если это не обозначено в договоре либо предвидено законом. Но чем наименее будет законодательно отрегулирован рынок коллекторских услуг, тем сложнее его будет сделать цивилизованным. Потому в проект закона о потребительском кредитовании мы занесли норму о возможности передачи кредита коллекторам, также готовится отдельный закон, который обусловит, в какой форме, с кого и в каких объемах они могут взыскивать долги. Тут есть богатая интернациональная практика, изобретать велик не придется.

Кстати, а коллекторы имеют право добиваться долг в том размере, в каком он сложился перед банком, либо могут накручивать сверху свои проценты?

— Главный аспект тут — решение суда.

Другими словами если вам позвонил коллектор, необходимо бежать в трибунал?

— На самом деле, да.

А что делать, если заемщик ни от кого не скрывается, но у него на физическом уровне нет возможности рассчитаться?

— На данный момент эта проблемка не урегулирована, потому так принципиально принять закон о банкротстве физических лиц.

Он стоит на повестке дня уже пару лет, почему сдвигаются сроки принятия?

— Они не сдвигаются, просто документ проходил длительное согласование в правительстве. На данный момент этот шаг сзади, и я надеюсь, что закон получится принять в течение осенней сессии.

Правительство разработало собственные сценарии на случай очередной волны кризиса и оценивает возможность ее прихода как достаточно высшую. А стоит к этому готовиться мещанину, рядовому потребителю денежных услуг, и если да, то каким образом?

— Мы зависимы от мировой экономики, и сначала от ситуации в США. А так как Штаты пошли на продолжение политики количественного смягчения, другими словами на вливание дополнительных средств в экономику, в наиблежайшие полгода некий катастрофы ожидать не стоит. Более того, я надеюсь, что 2013 год станет переломным для мировой экономики — от стагнации к новенькому периоду роста. Для потребителя это, естественно, хорошо, но вот для экономической политики страны делает опасности. Когда успехи приходят на волне наружной конъюнктуры, в очередной раз откладываются реформы. И тут нужна политическая воля, не зависящая от цены на нефть.