Слон и осел у фискального обрыва

Проблемка экономного недостатка и высочайшего уровня госдолга в США в конце прошедшего — начале этого года вышла на 1-ое место посреди угроз для мировой экономики, которые считают важными инвесторы. Об этом свидетельствует опрос, проведенный устроителями Глобального экономического форума в Давосе.

В прошлую среду, когда Давосский форум начал свою работу, нижняя палата южноамериканского конгресса в очередной раз рассматривала вопрос о повышении потолка госдолга, который был достигнут еще 31 декабря прошедшего года. И если б не бухгалтерские ухищрения Федерального казначейства — южноамериканского Минфина, — наикрупнейшая в мире экономика уже пребывала бы в состоянии технического дефолта. В среду финансовое ведомство получило отсрочку до 19 мая. К тому времени вопрос о повышении потолка госдолга должен быть решен совсем. Пока же казначейство может возобновить заимствования, но только в том объеме, который нужен для обслуживания скопленного долга, также выплаты зарплат госслужащим и соц пособий. В мае верхняя планка, которая на данный момент составляет 16,4 триллиона баксов, будет поднята на сумму новых займов, изготовленных к тому времени. Согласно одной из поправок, если к середине апреля конгрессмены не достигнут соглашения, им закончит выплачиваться заработная плата.

Увеличение верхней планки госдолга — это только часть более суровой трудности: ценой спасения экономики стало плачевное состояние муниципальных денег. Южноамериканская экономика четыре с излишним года прожила в режиме критического финансирования, которому в 2008 году самые смелые специалисты отводили год, максимум — два. В итоге госдолг превысил размеры ВВП, а по уровню экономного недостатка США соперничают с самыми «пропащими» евроаутсайдерами.

В конце прошедшего года формально истекли антикризисные программки, ставшие главным источником экономного недостатка. Но их автоматическое сворачивание угрожало (и продолжает угрожать) резким замедлением экономики и новейшей рецессией, которая способна спровоцировать еще одну волну мирового кризиса. Как раз предотвращению падения с «фискального обрыва» и были посвящены так пока ничем и не закончившиеся горячие дебаты меж демократами и республиканцами в конце прошедшего года.

Понижение муниципальных расходов, на котором настаивают республиканцы, естественно, не сделает южноамериканский бюджет профицитным. Оно способно только понизить темпы наращивания госдолга и сделать хоть какие-то предпосылки к тому, что в обозримом будущем (счет идет на десятилетия) отношение госдолга к ВВП закончит расти. Вобщем, республиканцев заботит и присутствие страны в экономике: его воздействие на экономические процессы принуждает консерваторов говорить о социализме, внедряемом администрацией Обамы. Сегодняшнюю политику они считают безответственной по отношению к последующим поколениям, для которых бремя госдолга может стать непосильным. А масштабные денежные вливания со стороны страны, направленные на предотвращение банкротства «слишком-больших-чтобы-рухнуть» компаний и банков, — поощрением безответственности.

В свою очередь, демократы, выступающие категорически против существенного сокращения госрасходов и предлагающие ограничиться принятым в декабре прошедшего года увеличением налога на богатых, — тоже апеллируют к базисным ценностям, на которых зиждется южноамериканское общество. Их волнует резко приросший разрыв меж доходами самых богатых американцев и остального общества. Один из самых «левых» экономистов — нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц считает, что это лишает Америку статуса общества равных способностей. По мнению Стиглица, детки в таких странах, как Канада, Франция, Германия либо Швеция, имеют еще больше шансов жить лучше родителей, чем америкосы из бедных семей.

Так, дискуссия уже ведется не о процентах либо млрд, а о системе ценностей. И пойти на компромисс в этой дискуссии, проголосовать за предложение оппонента будет означать предательство эталонов.

Меж тем дискуссия не может продолжаться вечно. Последняя отсрочка подразумевает принятие решения по сокращению госрасходов до 1 марта. У республиканцев при всем этом некое преимущество: если ни один из компромиссных вариантов не наберет большинства голосов, сокращение расходов, которое будет означать падение с «фискального обрыва», — вступит в силу автоматом.