Трагедия гроссмейстера почему буксует новая сделка Фридмана

Катастрофа гроссмейстера: почему буксует новенькая сделка Фридмана

Даже внедрение тяжкой артиллерии в лице лорда Джона Брауна не посодействовало акционерам «Альфы» преодолеть недоверие к Рф.

Злая драматичность судьбы — в день, когда был убит Борис Немцов, его давнешний компаньон Миша Фридман 2 сделал финишный шаг к заключению очередной знаковой сделки. Днем той роковой февральской пятницы стало понятно, что миллиардер позвал управлять своим нефтегазовым делом лорда Джона Брауна — бывшего долголетнего главу BP, который в 2003-м поставил подпись под соглашением об альянсе английского топливного гиганта и «Тюменской нефтяной компании».

Похоже, вначале утечка о приглашении знатного топ-менеджера и влиятельного английского аристократа призвана была стать «последним резоном правителей» в тяжбе Фридмана с министерством энергетики Англии. Уайтхолл выступил против приобретения фридмановским фондом LetterOne компании Dea, владеющей группой месторождений в Северном море. Letter One условился об этой сделке с германским концерном RWE — прежним обладателем Dea — в марте 2014-го, когда противоборство Рф с Западом еще только начиналось. США и ЕС ограничивались индивидуальными санкциями в адресок ряда русских чиновников и предпринимателей из наиблежайшего путинского окружения, в которое Фридман и его компаньоны, как нетрудно додуматься, не входят.

Но следующие «воспитательные акции», предпринятые Вашингтоном и Брюсселем в отношении Москвы, затронули и русский нефтегазовый сектор.

А предстоящее закручивание «санкционных» гаек может, по мнению профессионалов, выразиться, в том числе, и в полном эмбарго на нефтяные поставки, любым образом связанные с Россией.

И реакция Лондона на планы Миши Фридмана косвенно подтверждает, что такие догадки далеко не беспочвенны. Глава Минэнерго Англии Эдвард Дэйви высказывает опаски, что потенциальные санкции, наложенные на LetterOne, могут повлечь суровые опасности для здоровья, безопасности служащих и для среды. Хотя LetterOne даже не является русским резидентом. Этот фонд зарегистрирован в Люксембурге.

А ведь получение одобрения Британии, как одной из 14 государств, на местности которых оперирует Dea, принципно принципиально для LetterOne. В пн 2 марта немцы, не дожидаясь английской «визы», закрыли сделку с таким щедрым, но с каждым днем становящимся все наименее политически комфортным русским покупателем. Фридман же решил оговаривать воздействия Уайтхолла в суде.

Внедрение тяжкой артиллерии в виде Джона Брауна пока не возымело подабающего эффекта. Это при том, что лорд-нефтяник — полностью логичный будущий покупатель толики россиян, в случае если LetterOne и правда окажется под санкциями. Другими словами, приглашения Брауна в качестве куратора Dea, по идее, полностью довольно, чтоб развеять опаски английского Минэнерго.

Очевидно, тупо находить какую-то связь меж действиями немцовских убийц и фридмановскими попытками закрепиться на сырьевом рынке Европы. Но убийство на Большом Москворецком мосту стало очень суровым ударом по стилю Рф, чтоб не сделать западных контрагентов еще больше настороженными в отношении всех проектов, каким-то образом связанных с нашей государством. Показательно, что сообщения про приглашение Брауна в LetterOne и очередные жесткие заявления Эдварда Дэйви делит та ночь, когда был застрелен Немцов.

В чутье Фридману не откажешь. Сначала «нулевых» он очень вовремя обзавелся иностранным стратегическим партнером в лице BP, что позволило ему сравнимо безболезненно пережить «равноудаление олигархов». Сначала «10-х» он также очень успешно продал собственный, тогда, главный нефтяной актив «Роснефти». Как позже выяснилось — на пике нефтяных котировок и, соответственно, капитализации самой компании.

Игра с Dea тоже стоит свеч, невзирая на заявления самого же Фридмана о превращении «темного золота» в обыденную маслянистую жидкость. По данным Financial Times, новый владелец собирается на базе этого бывшего актива RWE сделать глобальный нефтегазовый концерн. «Текущая макроэкономическая среда и малая стоимость нефти дают нам возможность достигнуть нашей цели», — объясняет миллиардер уже в официальном пресс-релизе по поводу сделки.

Но смею представить, что скорая трансформация из офшорного инвестора в настоящего евро бизнесмена нужна Фридману, в том числе, и для защиты собственных капиталов от любых антироссийских санкций. Ведь одно дело, когда LetterOne посиживает на «кэше», приобретенном от госкомпании, фигурирующей в американских и европейских «темных перечнях». И совершенно другое, когда эти средства обеспечивают работу энному количеству европейских нефтяников. В особенности в период понижения объемов производства и сокращений персонала, на которые глобальным фаворитам отрасли приходится идти из-за обвала глобальных цен на нефть.

Строго говоря, такая «посадка» Фридмана в Европе в перспективе прибыльна и Рф.

Хотя бы исходя из убеждений доступа к передовым западным технологиям, связанным с нефтедобычей. Следование последнему слову техники и ранее не было отличительной чертой российских компаний, а из-за санкций они рискуют еще более отстать от иностранных соперников.

Но у тех, кто готовил убийство Бориса Немцова, очевидно было совершенно другое осознание государственных выгод и интересов. Не удивлюсь, если Фридман ощущает на данный момент себя приблизительно так же, как гроссмейстер, который, придя на шахматный матч, нашел, что его противник настроен играть только в «чапаева».